Автор
В дверях квартиры зазвенел колокольчик, поднимая над головой Жени струны любопытства и тревоги. Она, Евгения Аркадьевна Тихорецкая, коммерческий директор «Аргона», вдруг почувствовала себя в центре внимания — всеобщего внимания к нему, которого она не заметила дома весь день. Казалось, мессенджер с неизвестного номера затащил ее в мир незнакомых дам, среди которых она будет лишь четвертой любовницей....
Внезапно её осенило:
— Нет, Андрей, нет! Ну, какая из меня модель? Ты шутишь?
Андрей едва уловимо провёл пальцами по её щеке:
— Твоя неуверенность в себе ранит меня сильнее, чем сегодняшние подозрения в измене.
Ликка моментально вспыхнула до корней волос.
— Прости меня… Я… — прошептала едва слышно.
Андрей зарылся правой рукой в мягкие кудряшки и нежно поцеловал жену.
Пакет вывалился из руки Ликки. Отвечая на ласку мужа, она не заметила, как их обоих захлестнули чувства. Они с упоением целовались так, как не целовались во времена юности, когда только начали встречаться.
— Никому не отдам! Он мой, только мой! Как я могла сомневаться в нас? — забилась где-то в глубине сознания мысль, прорываясь наружу.
Из глаз Ликки брызнули слёзы.
Андрей аккуратно подобрал губами слезинку, покатившуюся по щеке жены:
— Ли, не плачь.
"— С двумя сковородками?
Андрей громко расхохотался:
— Хоть с тремя. Но при полном параде! У тебя такие красивые глаза, а ты их прячешь за стёклами очков.
— А почему именно вечером? — Ликка задумчиво прикусила щёку изнутри.
— Это для того, Кудрявая Шапочка, чтобы тебя на работе не украли!
Ликка прикрыла глаза ладонью и засмеялась.
— А-а-а-андрей! Ты всё шутишь.
— Что?! Придёт каком-нибудь финн и утащит тебя, спрячет на отдалённом хуторе на исторической родине. Ищи тебя потом по всей Суоми.
— Ревнуешь?
— Боюсь потерять…
Ликка снова уткнулась рубашку мужа, чтобы не разрыдаться.
— Ли, я очень тебя прошу, если тебя что-то беспокоит или ты хочешь что-то узнать, не молчи. Не держи в себе. Мы с тобой взрослые люди и не должны додумывать за других молча. Иначе такого в голове нагородить можно — годы понадобятся, чтобы разобраться.
— Нет, я не поверила…
— Но усомнилась. Ведь так? — Андрей продолжал нежно гладить жену по спине, успокаивая.
— Прости меня, пожалуйста, я исправлюсь. — тяжело вздохнула Ликка.
— Точно? — Андрей лукаво прищурился.
— Угу.
