Лучше бы сначала без помех аккуратненько впилить автомотор в стойку ворот, а потом усадить туда Шарля.
— Ну, значит, так и сделаем…
Знаменуя окончание производственного совещания, сквозь приветливо распахнутые кованные ворота «Villa Bastide» въехал основательно запыленный, и оттого ставший скорее светло-бежевым, но по-прежнему роскошный фаэтон марки «Рено». Упруго выскочивший из-за рулевого колеса мужчина буквально светился довольством жизнью: увидев представительное собрание из хозяев-работодателей и всей их охраны, Шарль Франсуа Фийон первым же делом извлек из багажного отделения завернутую в тряпку тушку молочного поросенка. Причем оный для ускорения процесса уже был нанизан на вертел, своими размерами достойный скорее какого-нибудь матерого секача…
— Мсье, поросенок прибыл!
* * *"
"Тем же вечером и тоже на вилле, только расположенной за тысячу с «копейками» километров севернее Тулона, готовился отойти ко сну Его сиятельство князь Агренев. Он и его небольшая свита первыми прибыли в семейное гнездо Круппов, и теперь ожидали двух других участников предстоящих важных деловых переговоров — ну и заодно отдыхали, благо что дворец с поэтическим названием «Холм» был весьма и весьма подходящ для подобного времяпрепровождения. Свои конюшни, теннисные корты, кегельбан и бильярд, живописные природные виды Северного Рейна… И конечно, приятная компания: Александра с окрестностями родового дворца знакомила старшая дочь «Пушечного короля Европы» довольно миленькая тринадцатилетняя Берта, очень старавшаяся произвести хорошее впечатление на целого русского князя. Затем уже ее почтенный батюшка показал своему гостю мастер-класс игры в кегли, совместив это развлечение с дегустацией свежего баварского пива и знаменитых на весь мир сосисок — и надобно заметить, что пил Фридрих так же хорошо, как и катал увесистые шары по дорожкам. Утром следующего дня эстафету развлечений гостя вновь перехватила Бэтти и ее младшая сестра Барбара — сначала резвые девочки показывали фамильную коллекцию фламандских гобеленов, затем на пару изрядно погоняли бедного князя по отсыпанному мелким гравием теннисному корту… Пришлось ему после обеда прятаться от их юного задора в тихой библиотеке, и сидеть там с предельно деловитым видом.