Историческая проза о чиновнике особых поручений в эпоху кризиса Российской империи. Герой оказывается в центре политических интриг и социальных потрясений конца XIX века, когда старая система начинает рушиться, а будущее страны остаётся неопределённым. Захватывающий рассказ о выборе между...
Четыре года назад, только-только одолев «без отрыва от производства» полный курс военного пехотного училища, губернский секретарь Григорий Долгин озвучил бы свою идею насчет устройства дополнительных закладок с фугасами на железных дорогах Трансвааля предельно четко и прямо — да и «расходники» вполне открыто назвал бы взрывчаткой и патронами. Ныне же, имея за плечами пусть и неполный, но все ж таки университетский курс наук, титулярный советник Григорий Дмитриевич Долгин временами начинал изъясняться излишне гладко и расплывчато. Видимо, так проявлялась психологическая травма от переизбытка профессоров-репетиторов в его жизни…
— Гм. Дополнительную подготовку?"
"Поразмыслив, Агренев подтянул поближе ежедневник и потянулся за чернильной ручкой.
— И в каких объемах?
— Раз у нас есть время, то можно попробовать удовлетворить все предложения наших торговых представителей.
— Все?! Хм-м.
Задумчиво полистав страницы, князь Александр смог найти несколько строчек, состоящих из сплошных сокращений и условных значков. Вгляделся в них, без труда разбирая свои записи касательно расширеного перечня объектов для скрытного минирования, и вздохнул:
— Одного только динамита почти двести тонн… М-да. Мишель?
Третий член Правления не возражал против небольших дополнительных инвестиций в африканский проект. Внезапно деловую атмосферу заседания нарушила пронзительно-звонкая трель телефонного звонка — на который тут же отреагировал помощник Греве, коршуном накинувшийся на беззащитный аппарат.
— Ну что же, решение принято. Григорий Дмитриевич, с вас перечень расходных материалов — он должен быть в архиве, а мы с Мишелем обеспечим…
Прервавшись, председатель Правления Русской оружейной компании с легким удивлением уставился на ассистента Технического директора, который с телефонным аппаратом в руках изображал из себя дальневосточного краба. В том смысле, что этак бочком-бочком, потихонечку подкрадывался к ним — а конкретнее, к господину Главному инспектору условий труда, взиравшему на это с нарастающим недовольством.
— Кто?!
— Ваша супруга.
Выхватив эбонитовую трубку, он с ощутимыми нотками недовольства рыкнул в угольный микрофон:
— Да!
Трубка заворковала голосом далекой Гликерии Долгиной — и чем дальше она это делала, тем больше вытягивалось в удивлении лицо ее мужа.
— Кто-кто приехал?
Выслушав еще раз, Григорий потер лоб, явно не зная как реагировать на услышаное:
— А она кто такая? Твоя тетя Еннафа Александровна?.. Кхм.
