В темной камере звенело сквозь решётку единственное окно, за которым я иногда уныло глядев на солнце. Я был один в этой холодной тюрьме, где каждое движение подспудно вызывало трепет и напряжение. Мой приговор казался необратимым, а судьба оставалась за бадским убийством, случившимся в тот же день, что и мою пленку. Сверкающая тень драконов и фениксов сквозь решётчатое окно лишь усиливало ощущение невидимого наблюдателя за мной....
— И у меня две, — пробормотала она, устремив взгляд на приближающуюся громадину. — И я никуда не пойду. Придётся принимать бой. У тебя есть какие-нибудь идеи?
— Ну у меня в мешке имеется масляный фонарь, да и всё. И если ты сейчас скажешь, что это существо не боится ни масла, ни огня, то тогда идей нет.
— Ясно, — мрачно бросила девушка, дёрнув головой. — До встречи в Тёмном храме. Тут ближе всего Есевон, так что там и встретимся.
— Чего ты геройствуешь? Беги, дура, — рыкнул я, увидев чёрную массу с огромным количеством когтей, которые, наподобие волосков, росли прямо из тела, благодаря чему монстр мог передвигаться по пещере, цепляясь ими за кочки, трещины и камни.
— Сам дура! — огрызнулась ведьма, опалив меня огненным взглядом. — Тут один путь и преграждает его эта куча дерьма! Я не могу вернуться и спуститься со склона. Он круче, чем Чак Норрис!
— Убедила, — нехотя процедил я, не сводя напряжённого взгляда с приближающегося противника. Помимо когтей, он оказался покрыт отвратительного вида лиловыми бородавками, которые размерами не уступали футбольному мячу, а ещё враг влажно блестел и оставлял на полу и стенах липкую слизь.
— Бородавки видишь? Они помогают этому уроду ориентироваться в пространстве, — пояснила брюнетка и смачно сплюнула под ноги.
— Ясно, — бросил я, оценив расстояние между нами и монстром в десяток метров.
И тут вдруг чудовище раскрыло пасть, оказавшуюся огромной алой дырой с тремя рядами острых, шиловидных зубов, и издало пронзительный визг, словно сотня свиней. У меня мигом заложило уши, а нос едва не отвалился от той вони, что вылетела из пасти твари, которая к тому же выплюнула тысячи мелких капелек зеленоватой слюны. Они попали на моё лицо и доспехи. А вот ведьма успела прикрыться щитом, но всё равно скривилась от омерзения. Я же не став стесняться, изверг на пол пещеры свой обед, отвлечённо подумав, что булочка теперь без начинки, а потом вытер губы рукой и просипел:
— Ну, до встречи в Тёмном храме.
— Пока, — бросила девушка, хрустнув шеей и глядя на чудовище, которое уже было в пяти метрах от нас. — Жаль, что нет огромного гарпуна, чтобы засандалить этому говну прямо в пасть…
— Искра! — заорал я, осенённый внезапной идеей. — Да ты гений!
— Только не говори, что у тебя в штанах как раз такой гарпун.
