Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Какие еще события запомнились из того периода? Конечно, учеба в Серафимовиче (уездном городке на живописных холмах Дона) в школе-семилетке, с тридцать шестого по тридцать девятый год, где я жил совершенно самостоятельно у дальних родственников. Учебу после четвертого класса продолжали очень немногие. Дело в том, что поступали в первый класс с восьми лет. Четыре класса растягивались из-за нехватки учителей лет на пять, а в тринадцать годков мы все считались уже работниками. Детство кончалось рано. Тем, кто продолжал учебу, завидовали. Все же сидеть за партой гораздо приятнее, чем просыпаться чуть свет и заниматься монотонным крестьянским трудом.
Родственники жили бедно. Радовались, когда я приносил из Острожек сало и домашние пирожки. Порой неделями сидел вместе с родней на пустой похлебке и жидкой каше. Справедливости ради скажу, что родственники могли бы жить лучше. Были они какие-то непутевые, увольнялись с одной работы, не торопились устраиваться на другую. Часто ставили в огромной бутыли брагу и, не дожидаясь, пока она созреет для самогона, пили ее ковшами.
В Серафимовиче я впервые увидел городских пионеров в красивых пилотках-испанках, посмотрел фильмы «Джульбарс», «Чапаев», «Мы из Кронштадта». Библиотека в школе оказалась довольно богатой, с удовольствием читал Бориса Лавренева, Аркадия Гайдара, запомнился «Вратарь республики» Льва Кассиля.
Во второй раз приехал в Серафимович в 1940 году. Поступил в сельхозтехникум, получил место в общежитии. Парень я уже был взрослый, с первых недель стал подрабатывать на мелькомбинате, мельнице, как ее называли. По субботам и воскресеньям танцевал с городскими барышнями, провожал их до дома, целовался. Будущее казалось безоблачным. Раз в месяц появлялся в хуторе, приносил в семью муку, сахар, проделывая путь туда и обратно пешком. Однажды в феврале сорок первого попал в метель, потерял сумку с мукой, отморозил пальцы на ноге. Пролежал дня три дома и вернулся на занятия с опозданием.
Войну воспринял как огромную неожиданность. Время было противоречивое. С одной стороны, газеты и радио убеждали, все идет нормально, с Германией заключен мир, а с другой стороны, твердили о необходимости быть готовыми к любым проискам мирового империализма. В техникуме допризывная подготовка занимала важное место, особенно химическая защита, стреляли также из малокалиберных винтовок, я несколько раз занимал призовые места.
Работа на мелькомбинате помогала жить неплохо. Зарабатывал я рублей девяносто в месяц. Обед в студенческой столовой стоил 50 копеек, булочка со стаканом молока – 12 копеек. Я даже сумел купить себе костюм за 75 рублей, черного цвета, громоздкий и очень плотный. В городе это убожище носить не рискнул, но родителям мой костюм понравился.
