Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он им что-то оживленно рассказывал, возможно, острил, а оба офицера, совсем молодые, весело смеялись. К компании присоединился шофер, который по статусу в погрузке-разгрузке не участвовал, а крутился возле начальства.
Покурят, посмеются и заработают «самовары». Мин привезли много. Могут и не тридцать, а все шестьдесят выпустить по чертовым азиатам. Не жалко! Андрей вспомнил, как вчера чудом избежал гибели их взводный, Костя Чурюмов.
Объяснял что-то пулеметчикам, передвигал прицел и, прижимая приклад к плечу, показывал, как надо правильно вести огонь. Андрея тоже когда-то этому учили. Отдача у «дегтярева» сильная, и при стрельбе необходимо плотно прижимать приклад к плечу, надежно вдавив сошки в землю.
Чурюмов, с которым они неплохо подружились, шел к землянке, когда начали падать мины. Одна из них взорвалась в окопе, где стоял «дегтярев». Командира расчета, изрешеченного осколками, выбросило на бруствер. Второй номер был перемолот, словно его пропустили через бетономешалку. Сквозь изорванную шинель виднелось смятое кровоточащее тело, сломанные кости.
Обстрел продолжался недолго, но и этих нескольких мин хватило, чтобы исковеркать и убить двух ребят из деревни под Курском. Они были двоюродными братьями, и один из них прибавил в документах себе год, чтобы не отстать от брата. До восемнадцати лет он не дожил.
Вспомнив вчерашний день и убитые исковерканные тела братьев, Андрей от ненависти потерял выдержку. Передернув затвор, прицелился в офицера-минометчика, прикидывая, что успеет также уложить фельдфебеля, а в начавшейся суете наверняка срежет и розового, как поросенок, лейтенанта из службы боевого обеспечения.
В последнюю секунду стало жаль себя и Максима. В этой ситуации у них не останется шансов выбраться. Во взводе не меньше двух десятков минометчиков, они прикончат и его, и Максима. Черт с вами, встретимся еще!
Утешало, что он все-таки выследил минометную батарею и передаст координаты артиллеристам. Вот заслуга! Хорошо, если у батальонных минометчиков наберется два десятка мин, которыми ничего не сделаешь, стреляя наугад, без наблюдателя. Может, гаубичники с того берега заинтересуются.
Осенний пасмурный день тянулся невыносимо долго. Внизу пытался унять кашель Максим, зажимая рот рукавицей. Кашель, может быть, и не услышали, но минометы открыли стрельбу. Огонь корректировал наводчик – вот кого бы снять!
Сначала ударили три пристрелочных выстрела, а через минуту дружно замолотили все четыре трубы, выпустив десятка два мин. Потом фрицы ужинали, а один решил прогуляться к развалинам дома.
Шагал он задумчиво, но о дисциплине немцы никогда не забывали. И горох со свининой жрали, не снимая касок, и фриц прогуливался с противогазом в чехле на боку, фляжкой и карабином за плечом.
