Просто отлично, что ты теперь думаешь, что я только внушаю себе, что ты меня любишь. Хочешь сказать, что я должна принять на веру, что ты любишь свою мать? Не понимаю, как я должна в это поверить. Ты никогда не навещаешь меня, а когда я звоню, ты жалуешься! Иногда я просто не знаю, что делать. Твоему отцу было бы стыдно, если бы он увидел, как ты со мной обращаешься, Джо. Стыдно!
Какая-то часть меня хочет плакать. Другая — кричать. Не делаю ни того, ни другого. Сажусь, и голова моя медленно опускается на грудь. Думаю о том, какой была бы жизнь, если бы вместо папы умерла мама.
— Прости, — говорю я, зная, что проще извиниться, чем попытаться изменить ее мнение. — Обещаю исправиться, правда, мам.
— Правда? Вот он, настоящий Джо. Любящий, заботливый сын, которого я знала и который другим и быть не может. Иногда ты бываешь настоящим ангелом, Джо. Я так горжусь тобой.
— Правда? — я начинаю улыбаться. — Спасибо, — добавляю я, очень про себя надеясь, что она не «сарказмична».
— Я была сегодня у врача, — говорит она, меняя тему, точнее, приступая к теме, ради которой она и звонила.
— По-моему, я ходила во сне, Джо. Сегодня утром я проснулась на полу, а дверь в спальню была распахнута настежь.
— На полу? Господи. С тобой все в порядке?
— Он сказал, что это был эпизод. Ты знаешь, что такое эпизод, Джо?
Мне уже больше хочется плакать, чем кричать. Я думаю о Фэй, Эдгаре, Карене и Стьюарде — героях любимого маминого сериала. Да, я знаю, что такое эпизод.
— Доктор Костелло сказал, что волноваться нечего. Он дал мне какие-то таблетки.
— Не знаю. Я тебе расскажу подробнее, когда ты придешь. Я приготовлю котлеты. Твои любимые, Джо.
— С тобой точно все в порядке?
— Похоже, доктор Костелло действительно так считает. Так во сколько ты придешь?
Внезапно я начинаю сильно сомневаться, что эпизод имел место быть. На самом деле я почти уверен, что мама все это придумывает, чтобы я почувствовал себя виноватым.
— А тебе надо будет проходить еще какие-нибудь обследования?
— Нет. Часов в шесть? Половина седьмого?
— Никаких обследований? Почему? Что они еще собираются сделать?
— У меня есть таблетки.
— Просто я волнуюсь.
— Мне станет лучше, когда ты придешь.
Делаю глубокий вдох.
— Я не могу прийти, мам. Я немного занят.
— Ты всегда занят, никогда не уделишь матери немного времени. Ты все, что у меня есть, и ты это знаешь. С тех пор как твой отец умер. Что с тобой будет, когда я умру?
— Я зайду в понедельник, как обычно.
— Надеюсь, мы выясним это в понедельник.
