В мире руинированного издательства, где каждая книга стоит в толпе предков забытых авторов, Д-р Венцеслав Ботвинк находит новый смысл жизни, пропуская через себя древние рукописи. Его взгляд на "Чисто английское убийство" открывается не только историческим контекстом, но и поражает виртуозностью языка, оттачивая границы жанра в риторике и криминалии....
Сэр Джулиус был слишком поглощен едой, чтобы разговаривать, а ни д-р Ботвинк, ни Роджерс не отличались словоохотливостью. И лишь когда чайник опустел и пошли в ход сигареты, началось что-то вроде разговора, и то, если можно назвать разговором отрывочные замечания д-ра Ботвинка о погоде, ответом на которые служило хмыканье сэра Джулиуса и более вежливые односложные звуки со стороны Роджерса.
Немного погодя сэр Джулиус откинулся в кресле, вытянул усталые ноги у огня и почувствовал себя совсем как в молодости после целого дня, проведенного верхом на лошади.
— Что-то миссис Карстерс долго нет.
Сэр Джулиус обвел взглядом опустошенный стол.
— Не много же мы оставили на ее долю, — сказал он, зевая во весь рот. — Когда она придет, Бриггсу придется заварить свежий чай.
Роджерс промолчал. Судя по его виду, он тоже прикорнул.
— Я ведь ясно слышал, как она сказала, что пробудет не больше двух-трех минут, — сказал он. — Уже по меньшей мере двадцать пять минут, как она ушла. Вы не находите, что это странно?
Глаза сэра Джулиуса закрылись опять.
— Я нахожу, что стало тихо, — пробормотал он.
Д-р Ботвинк нетерпеливо пожал плечами. Он хотел что-то возразить, по промолчал, так как в этот момент открылась дверь.
— Бриггс, — сказал историк, — вы не знаете, где миссис Карстерс?
— Нет, сэр. Она пошла наверх в комнату к леди Камилле. Она еще не сошла вниз?
— Не сошла и не пила чаю, — сказал д-р Ботвинк встревоженным тоном.
С минуту Бриггс молча осматривал стол.
— Может быть, лучше заварить ей свежего чая? — предложил он. — И приготовить еще бутербродов?
— Ясно.
