В мирном лесу поднялся шум, но это не было обычным днем. Трава проросла под ноги, позволяя шагать свободно, словно в сказочной мечте. Искры звезды исчезли последние воспоминания о "соплях", и теперь чётко наступило время командирований. Анна дрожала от волнения, осматривая новых战友们，她的心跳与周围沉静的气氛交织在一起。...
Но он все ещё старался сопротивляться влиянию старшего архангела, строя злые выражения в ответ.
Чак не вмешивался. Нет. Он как надзиратель стоял отдалённо от происходящего, наблюдая. Наблюдая за тем, как один сын уничтожает другого.
Дыра в земле все разрасталась, становилась ещё темнее, завывал попутный ветер. Предвестник неминуемой трагедии.
Уже было незаметно яркое солнце, сконцентрироваться получалось лишь на двух архангелах, яро испепеляющих друг друга взглядами.
Михаил был награждён в ответ тем же приёмом.
Старший сын резко ударил по земле ногой, попутно озарив всю площадь белоснежным свечением, и создал себе в помощь то, что могло сломить сопротивление.
Когда округа прояснилась, эффект использования фотокинеза спал, орудие проявилось.
Рядом с площадью уже бежали Габриэль и Аммит, желающие всё-таки познать истину странной тряски; с другой стороны мчался Рафаил. Он тоже ощутил дрожание и желал удовлетворить любопытство, к тому же задача найти Отца не откладывалась на потом.
Блеснув в лучах самой большой звезды, острие копья вошло в грудь восставшего против воли Всевышнего.
Став свидетелем удара архистратига, ошарашенная Аммит широко раскрыла рот, подавшись назад. Шокированный Габриэль вытаращился на братьях, случайно подержав отошедшую девушку за плечи. Их прибытие заметили все трое, но Создатель больше не желал терпеть сочувствие других к мятежному сыну, лишние участники могли нарушить сложившееся положение.
— Нет, не делай этого! — вырвалось из уст ангелессы прошение, не стоившее в данном положении ничего. Её решительность лишь забавляла Чака, но не раздражала: что она могла решить теперь?
Михаил даже не повёл головой.
