В мирном лесу поднялся шум, но это не было обычным днем. Трава проросла под ноги, позволяя шагать свободно, словно в сказочной мечте. Искры звезды исчезли последние воспоминания о "соплях", и теперь чётко наступило время командирований. Анна дрожала от волнения, осматривая новых战友们，她的心跳与周围沉静的气氛交织在一起。...
— Чего ты ржешь, Гейб?
— Ты ей все равно ничего не сделаешь, Бальт, она не в твоём подчинении. Так что смирись!
Бальтазар обдумал слова друга и сосредоточил мыслительный аппарат на анализе характера ангелессы. Борзометр зашкаливал, поэтому он исправился:
— И всё-таки в первую
очередь баба не должна быть наглой и хамоватой!"
"Изнеможенная тренировкой от самого Михаила Анна, посидев некоторое время на скамейке, продолжила путь среди дурманящих ароматов наикрасивейших созданий Джошуа: цветов, кустарников, деревьев, — и с вдохновением оглядывалась на запавшие в душу красоты.
И она заимела успех, заметив знакомый силуэт на аллее с висячими качелями. Они были выполнены в качественной отделке: белого цвета приходилась сидушка, а цепи — золотистые. Стиль Небес везде попал в распространение.
Аммит сидела, задрав одну ногу на поверхность качелей, и курила отобранную самокрутку Бальтазара, задирая голову вверх на выдохе дым. Анна заворожено смотрела на данное действие, чуть не загипнотизировав саму себя, но вовремя помотала головой, сев на качели напротив. А расслабляющаяся ангелесса нарушила тишину, не оторвавшись от занятия.
— Ну, что, как день прошёл? Слышала, тебе выпала честь тренироваться под наблюдением Его сиятельства Михаила.
— Я очень жалею, что не занималась толком с Бальтазаром.
— Что всё так плохо? — наконец обратила внимание на подругу Аммит, нахмурившись. — Михаил, конечно, консерватор, но ты же новичок.
— И это никакой роли не играет… — взвыла Анна, вспоминая адскую тренировку. — Представляешь, он заставил меня бегать десять огромных кругов, потом отжиматься, а потом проходить полосу препятствий. Хорошо, что о метании горючих смесей он забыл. А завтра снова меня ждут увлекательные десять кругов, умноженные на три.
Аммит немо скривила рот в ужимке от искреннего удивления. Она сделала ещё одну затяжку, испустив в небо дымовую завесу, и представила мучения подруги под наблюдением Михаила, отчего её передернуло.
— А ты сегодня как провела день? — задалась вопросом Анна, изогнув бровь. — Люцифер замучал?
— Может и замучал кого-то, — Аммит встретила недопонимание ангелессы. — Но не меня. Я предпочла не лицезреть его рожу лишний раз.
