Только прежде приведи себя хоть немного в порядок: управляющий Колдшира не должен выглядеть как землекоп.
Решительно отвернулась, но не успела сделать и шага к двери, как услышала:
— Леди Каннингем, вы знаете, кто скрывается под маской Безликого?
Я посчитала ниже своего достоинства солгать и не оборачиваясь, бросила:
— Знаю. Но обсуждать это не намерена.
— Почему?
Правильный ответ: потому что я была страшно зла. То ли на самоуправство Райли, то ли на идиотизм с одинокой вылазкой в подземный ход. Ладно я на такую глупость способна, но он-то умный и серьёзный мужчина!
Однако сказать так я не могла и потому быстро придумала более объективный вариант:
— Не хочу ставить перед тобой дилемму: долг или моя просьба оставить Безликого в покое.
— А вы прониклись к нему, да?
Тон вопроса был абсолютно ровный, но я обернулась. Встретилась глазами с Райли и из чистой вредности отрезала:
— Да. А теперь отряхивайся и считай до ста.
С этими словами я отперла кабинет и вышла. Как точку поставила.
Глава 63
Это был последний день работы кровельщиков. Результат я принимала вместе с Райли и не могла не чувствовать пролёгшую между нами полосу отчуждения. Нет, внешне всё выглядело как обычно: «господин управляющий» никогда не отличался зримыми проявлениями дружелюбия. Но от этого скрытая трещина в наших отношениях не исчезала. А поскольку злость моя давно растаяла, больше всего мне хотелось вернуть «мир, дружбу, жвачку» с единственным человеком, на кого я могла положиться целиком и полностью.
Вот почему, когда после ужина Райли с бесстрастным видом принёс в кабинет моё дорожное платье, выстиранное и отутюженное, я не только поблагодарила его, но и сделала абсолютно заслуженный комплимент:
— И когда ты всё успеваешь?
Райли повёл плечами:
— Просто вижу удобные возможности и пользуюсь ими, отложив всё остальное.
Я наклонила голову к плечу:
— И что же ты отложил, чтобы погладить платье?
— Ужин, — безыскусно ответил Райли. — Надо было воспользоваться моментом, когда остальная прислуга на кухне.
— Спасибо, — серьёзно повторила я и протянула руку. — И давай между нами будет мир, ладно? Несмотря на то что порой мы оба поступаем, м-м, неблагоразумно.
Райли замялся, но всё-таки бережно сжал мою ладонь.
— Хорошо, леди Каннингем.
И как бы я ни хотела скрыть эмоции, мои губы расплылись в полной облегчения улыбке. Она, словно в зеркале, отразилась на лице Райли: кривоватая, но искренняя.
— Вот и отлично! — подвела я черту под нашей первой почти что ссорой. — И, может, всё-таки расскажешь, зачем была нужна такая спешка с ходом?
Полуулыбка сбежала с губ Райли, в глаза вернулась серьёзность.