Молодая женщина, отправленная в ссылку на захудалое имение, решает организовать цветочный бизнес и избавить поместье от долгов. Но её планы осложняются появлением нелюдимого соседа, считающего эти земли своими. Между ними вспыхивает конфликт, который со временем превращается в нечто большее.
Мы стояли в седловине холмистой гряды, и дорога лентой вилась дальше, через плоскую пустошь к высокому холму, как короной увенчанному замком. Да-да, настоящим замком с четырьмя низенькими, островерхими башенками по краям и мощным донжоном в центре. Тонкие шпили пронзали чистую летнюю лазурь, потемневшие от времени и непогоды каменные стены казались неприступными. А позади них серебром мерцала беспокойная морская гладь, и мне вдруг показалось, будто ветер доносит тонкий запах соли, воды и водорослей.
— И я теперь здесь хозяйка?
Это было похоже на сон или сказку, где изгнание обернулось царствованием.
— Так и есть, госпожа. — Сидевший на козлах Олли добродушно улыбался. — Я тута, правда, не бывал, но место хорошее, можете поверить. У меня нюх на такое.
— Ну-ну, — проворчали у меня за спиной, и, обернувшись, я обнаружила выглядывавшего из кареты Райли.
Очарование Колдшира сейчас же отступило на второй план.
— Что ещё за новости? — возмутилась я. — Немедленно ляг! Здоровым себя почувствовал?
Кучер сдавленно хихикнул, а Райли, что-то недовольно ворча под нос, скрылся в карете.
— Едем, — велела я Олли и ловко, даже без подножки, забралась в экипаж.
До конца многодневного путешествия оставалось совсем немного, и мне всеми фибрами души хотелось, чтобы оно закончилось как можно скорее.
Глава 19
Высокие замковые ворота были распахнуты, однако проезд сквозь толщу крепостной стены перегораживала решётка с толстыми прутьями.
— Открывай! — властно крикнул Олли дремавшему у подъёмного механизма мужичку. — Леди Каннингем приехала!
Мужичок подскочил с трёхногого табурета и, осоловело моргая, принялся крутить рукоять, наматывая толстый трос на деревянный вал. Решётка с душераздирающим скрипом поползла вверх, а я, морщась, сделала себе заметку в уме: отдать распоряжение смазать механизм.
Но вот путь был открыт, и экипаж въехал на неширокий двор, мощённый булыжниками. Из щелей между ними пробивались неопрятные пучки травы, да и в целом вблизи замок выглядел не сказочным, а откровенно неухоженным.
«Сквозняки, сырость и вечный полумрак, — с пророческим пессимизмом подумала я. — Словом, все прелести средневекового жилища».
— Тпр-ру!
Копыта лошадей в последний раз цокнули по камням, и карета остановилась.
«Ну, ещё чуточку осталось».
Подбодрив себя этой мыслью, я сунулась к двери, однако меня неожиданно опередил Райли.
— Сначала я. Леди Каннингем.
