История о рыжеволосой героине, которая не ждёт чудес, а создаёт их сама. Вместо хрустальных башмачков и принцев — настоящие приключения, полные юмора и неожиданных поворотов. Книга о том, как стать королевой собственной жизни, не теряя чувства юмора и способности шутить над собой.
Раздел Chitat.online для книги «Чудище, или Одна сплошная рыжая беда» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о рыжеволосой героине, которая не ждёт чудес, а создаёт их сама. Вместо хрустальных башмачков и принцев — настоящие приключения, полные юмора и неожиданных поворотов. Книга о том, как стать королевой собственной жизни, не теряя чувства юмора и способности шутить над собой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Александровна Кувайкова Самиздат подборки серии
История о рыжеволосой героине, которая не ждёт чудес, а создаёт их сама. Вместо хрустальных башмачков и принцев — настоящие приключения, полные юмора и неожиданных поворотов. Книга о том, как стать королевой собственной жизни, не теряя чувства юмора и способности шутить над собой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Впрочем, его слова с его действиями не сходились от слова вовсе. — Иначе все узнают твой маленький секрет.
— И это какой же? — саркастично поинтересовалась, с трудом переваривая все то, что сейчас услышала. Комедия постепенно превращалась в такую трагедию, так что бежать отсюда хотелось сломя голову! Но…
Усмехнувшись, блондин наклонился к моему уху и шепнул несколько слов. Таких, которые услышать я вообще никак не ожидала! Не сейчас. Не от него. Да вообще, блин никогда!!
— Нет, — я побелела, с откровенным испугом глядя на спокойного Богдана. — Как ты… как ты узнал?
— А это разве так важно? — как-то уже не совсем весело усмехнулся Полонский, притягивая меня к себе ближе и напоминая. — Я жду твой ответ.
Я на мгновение опустила руки. Ответ? Какой тут может быть ответ? Как можно выбрать, когда этот самый выбор тебе просто не оставили? Он знал… Мать твою, он знал, на что давить, знал, что я не посмею отказаться…
Черт побери, он реально обо мне все знал!!
— Ненавижу, — тихо прошептала, слыша, как дрогнул собственный голос, но при этом мои руки легли на его шею, ясно выражая свой ответ.
— Я знаю, — тихо шепнул он. Пальцы скользнули в мои волосы на затылок, заставляя поднять голову, а затем его губы коснулись моих…
Внизу раздались выкрики, споры, свист и многое, многое другое. Но все это проходило по боку. Все крики и споры если и слышались, то весьма отдаленно, как сквозь вату. Мне уже было наплевать, где там, кто там, что и как.
Мне было плохо. Мне было так хреново, что я не знаю, как это описать…
Тот самый неповторимый поцелуй со вкусом крепкого табака и пряной вишни я узнала сразу.
***
Мы молча поднялись на пятый этаж. Просто молча, не произнося не звука, слушая, как ноги отбивают по ступеням медленный, неровный, шершавый ритм. Небольшой, привычный подъем казался слишком, почти невыносимо долгим. Да и слава богу, наверное… Оказаться сейчас с этим человеком в закрытом пространстве типа лифта мне хотелось меньше всего!
У дверей произошла заминка — ключи выпали из дрогнувших пальцев, оглушительно громко звякнув о каменный пол. Спокойно наклонившись, Полонский поднял связку и так же спокойно отпер дверные замки. Толкнул дверь… на удивление, она отворилась легко и беззвучно. Странно.
Поему-то показалось, что именно сейчас зловещий скрип медленно открывающейся железяки с деревяшкой пришелся бы как нельзя кстати, переплюнув по напряженности самый страшный из последних современных психологических триллеров.
Помедлив, я вошла. В полумраке коридора привычно бросила рюкзак на обувницу, включила свет и скинула обувь. Назад не смотрела принципиально — просто не хотелось. Однако…
Я не успела даже пискнуть, как снова оказалась прижатой к стенке, а надо мной нависал Богдан.
