В сердце Москвы возвышается старинное здание, словно древний архитектурный руины, окутанная таинственной историей. Крыши и разной этажностью корпусов образуют квадрат с двумя арками, создавая впечатляющий памятник архитектуры начала двадцатого века — не самой древней, но бесспорно знаменита. Внутри царит особый уют и свежесть ночи, словно дверь в другую реальность....
– Что случилось?! Что с тобой?!
– Со мной все в порядке, честно, – уверила Полина, подумала и добавила: – Клянусь. Я жива-здорова и свободна. Только ни о чем не спрашивай больше. Я сама объявлюсь.
И нажала отбой. И сразу же раздался звонок. Она посмотрела – Клим Ставров! Подумала, слушая мелодию вызова. Стояла, смотрела и думала. И ответила.
– Привет, Полинка, – улыбался он, она прямо слышала, что улыбается, – как ты там одна?
– Клим, – своим новым мертвым голосом обратилась она к нему, – я все знаю.
– Поли…
Она нажала отбой. Звонок повторился практически сразу, и Поля отключила телефон. Теперь предстояло самое сложное – добраться до бабушки. А это сначала до станции, потом на электричке до Москвы, потом до другого вокзала и снова на электричке до станции, а там либо на такси, либо пехом.
Нет, поняла Поля, ей такое не осилить. Она где-нибудь по дороге скончается. И тут вспомнила, что на станции стоят местные таксисты, – а если уговорить? Дорого будет, понятно, но если по прямой между шоссе ехать, то и не очень-то далеко выходит, они один раз с Климом смотрели, как от него до бабули лучше проехать на машине, не так уж и много получалось.
Одного таксиста она уговорила. Содрал он, правда, не по-благородному, но ей уже было все равно. Полина всю дорогу прокручивала и прокручивала в голове монолог законной жены Ставрова и каждый раз убеждалась, что та знала, о чем говорит, – и про его «все будет хорошо», и про жену в Германии, не дающую развод, да все, все она знала и правду говорила!!
Поля влетела к перепугавшейся заранее бабуле, обняла ее и не отпускала.
– Что, Полина? Какая беда?! – пугалась еще больше бабушка.
– Я ушла от Клима! Вот какая беда! – призналась Полина и уточнила: – Насовсем ушла! И больше не хочу!
– Он тебя что, обидел, ударил? – отлепила от себя внучку и заглянула ей тревожно в лицо Анна Викторовна.
– Нет, что ты? – поразилась такому предположению Поля.
– А ну-ка, хватит! – встряхнула ее за плечи бабуля.
