Автор
Джулиана Скеффингтон сбежала по широкой лестнице ярко освещенного загородного дома, где звон аккомпанемина и веселые выкрики танцующих привлекали к балу шестисот дам и кавалеров. Английский парк перед домом озаряется призрачными отсветами факелов, создавая волшебную атмосферу праздника....
Похоже, «Чудо с замужеством Джулианы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
До прошлой недели ее жизнь тянулась в мучительном одиночестве и отвращении к самой себе, и единственным облегчением были для нее письма к бабушке, в которых она изливала ей душу. Но внезапно все изменилось и с каждым днем продолжало меняться в лучшую сторону."
"На прошлой неделе она получила письмо от одного лондонского издателя, который изъявил желание купить ее новый роман. В своем письме мистер Фрамингем в восторженных выражениях сравнивал ее с Джейн Остин. Он отмечал ее юмор и замечательную наблюдательность там, где речь шла о надменности высшего общества и о тщетности попыток казаться своим там, где ты на самом деле чужой.
Он прислал также банковский чек, дополнив его обещанием гораздо большей суммы, как только ее первый роман выйдет в свет. Банковский чек означал независимость — это было признанием ее как личности, освобождением от того унизительного положения, в которое ее вверг брак с Николасом Дю Виллем. Это было… всем, абсолютно всем на свете!
Она уже представляла себе свое жилье в Лондоне: маленькую светлую квартирку в респектабельном районе… как раз то, о чем они мечтали с бабушкой, представляя, как она будет жить, когда получит ее наследство.
Ночные же ее грезы не были такими радужными. Во сне Джулиана чувствовала себя такой же беззащитной, как и тогда, в лабиринте. Поставив ногу в ботинке на скамью рядом с ней, он смотрел куда-то в пространство, слушая, как она просит опозорить ее; тонкая сигара зажата между зубами, на губах играет легкая улыбка.
В этих снах он все время напоминал ей с усмешкой об обещанной плате. А потом целовал ее, и она просыпалась с гулко бьющимся сердцем и ощущением его губ на своих устах.
Но утром, когда в окна приветливо заглядывало солнышко, она снова с уверенностью смотрела в будущее, а прошлое…
Прошлое она оставила в спальне — в подушках, щедро орошенных слезами.
Сейчас, больше чем когда-либо, писательство стало ей убежищем.
В гостиной Ларкин, дворецкий, уже ставил поднос с завтраком — шоколад и тосты со сливочным маслом — на столик рядом с ее письменным столом.
— Спасибо, Ларкин, — произнесла она со спокойной улыбкой, опускаясь на стул.
Было уже далеко за полдень, и Джулиана была погружена в свою рукопись, как вдруг Ларкин прервал ее занятия.
— Миледи! — В голосе его чувствовалось нетерпение.
