Автор
Виола Тараканова, частный детектив и репетитор, вновь оказывается втянута в криминальное расследование. Когда отец её ученика арестовывают по подозрению в хранении наркотиков, мать мальчика просит помощь. Виоле предстоит разобраться в запутанном деле, где всё не так, как кажется на первый...
Когда поток информации иссяк, я вновь вздохнула:
– Ну спасибо. Да, кстати, мы еще выпускаем кучу всяких календарей, справочников, буклетов… Просто поток идет, поэтому частенько нанимаем художников, может, посоветуете кого, только, знаете…
– Что? – спросила Галя.
Я откровенно ухмыльнулась:
– Шеф у нас мужик со странностями, между нами говоря, совсем дурной… Можете догадаться, почему мы всегда в художниках нуждаемся?
– Нет, – ответила девица, – понятия не имею.
– Представляете, он берет на работу только девушек с именами Маша и Катя и лишь тех, кому от двадцати двух и до двадцати пяти. Как стукнет двадцать шесть, все, гонит на улицу. Ну не придурок ли?
– А начальство все с прибабахом, – Галя живо подхватила тему, – у нас тут один всех блондинок ненавидит. Девчонки накануне сессии массово перекрашиваются.
– Такая замечательная к нам женщина хотела наняться, – гнула я свое, – но… Лена, Федулова ее фамилия. Талантливая, умная, воспитанная! Не взял, кретин! Подавай ему Машу или Катю! Кстати, Федулова у вас училась, говорила мне, что на курсе у нее было полно девушек с такими именами. Может, взглянете, вдруг кто соблазнится. Наш идиот почти две тысячи баксов в месяц платит!
Худышка защелкала мышкой.
– Жаль, что вашему начальству имя Галина не по вкусу. А то я бы побежала за такие деньги куда угодно. Сама наш институт окончила, только устроиться живописцу ой как трудно! Вот, сижу тут за копейки, да и то боюсь, что выпрут. А в каком году Федулова окончила вуз?
Я произвела в уме простые расчеты.
– Поступала, наверно, в 1992-м, небось самой молодой оказалась, она школу экстерном окончила.
– Тут много таких, – ответила Галя и уставилась на экран. – Точно, Федулова Елена Игоревна, группа девять, мастерская профессора Зыкина Маврикия Маргиленовича.
– Как вы сказали? – удивилась я. – Зыкин Маврикий Маргиленович?
Галя засмеялась:
– Здоровское имечко, да? Сразу и не выговорить, жуть! И ведь злится, если кто путается. А что такого, коли язык сломать можно. Вон на кафедре рисунка работает Хабибуллин Модрузин Нудриддинович, и что? Сделали из него Михаила Николаевича, он не обижается, ясно же, нормальному человеку такое ни за какие пряники не выговорить. Кстати, Маши в этой группе не было, а Кати даже две.
