Автор
Ведьмы в розовом саду — Чудовище стояло там, одурманенное ароматом цветков. Его собственный мир жил своей жизнью, казалось, будто перекрученные стебли могут самому обвить его сердце и положить конец неистовой тоски. Сколько раз хотелось, чтобы все так и было, но теперь голова была полна мыслями о любимой....
Мысли Принца прервало сообщение о том, что в замок прибыл еще один гость.
Маэстро!
Он явился при полном параде, весь одетый в бархат и кружева различных оттенков лилового и черного. Большие печальные глаза художника на его слегка припухшем лице именно от этого почему-то казались еще красивее.
Маэстро выглядел так, словно порывался рассказать какую-то пикантную историю, и Принц задумался, разумно ли будет сажать няню и Маэстро за один стол за обедом сегодня вечером. У него закружилась голова, когда он представил, с каким лицом няня будет слушать странные россказни художника.
И тот сумел. Няня обедала с миссис Поттс, Когсвортом и другими слугами внизу — по приглашению миссис Поттс."
"Вообще-то было не принято сажать кого-либо из гостей внизу со слугами, но миссис Поттс умела найти подход к людям, и к концу обеда они с няней уже оживленно болтали, вспоминая о проделках юного Принца и принцессы и решая, кто из них был более шаловливым ребенком.
Обед, проходивший тем временем наверху, был великолепен. Слуги по-особенному украсили обеденный зал — помимо большой цветочной вазы в центре стола, было искусно расставлено еще несколько маленьких ваз, создающих атмосферу залитого сиянием зажженных свечей сада. Кроме этого, на столе стояло множество маленьких хрустальных вазочек с плавающими в них цветками и свечами — грани хрусталя, преломляя свет, отбрасывали разноцветные лучи на стены зала и на сидящих за столом.
— За любовь во всех ее соблазнительных и мучительных проявлениях!
Тьюлип захихикала, прикрывшись своим веером, а Маэстро встал, театрально выпрямился и высоко поднял свой бокал, ожидая, по всей видимости, что кто-нибудь подхватит его тост.
Принц испугался, что Маэстро может остаться так стоять здесь навеки, словно застывшее на его картинах мгновение, если быстро не сказать что-нибудь в ответ.
— Да! За любовь! — сказал Принц и быстро добавил: — И за вас. Маэстро!
Принцесса Тьюлип снова захихикала, ее смех еще сильнее согрел сердце Принца. Ему очень нравилось то, какой нежной и застенчивой она была, то, что она могла сидеть, не вмешиваясь в разговор, и при этом выглядеть неотразимо прелестной. Он не мог выбрать себе в невесты более подходящую девушку.
