И объясняла, что и сама пока не знает, все приходится пробовать, осторожно учиться на практике. Правда, иногда забывалась и могла, например, походя зажечь свечу пламенем на кончике пальца или подвинуть силой мысли какой-то предмет...
— Наташа, ты как? Видишь что-нибудь? — спросила она и едва заметным движением кисти послала шар светить прямо передо мной.
— Да нормально мне, сама под ноги смотри.
— Раньше надо было нам обеим, сейчас поздно... Ой, что это там, за деревьями? Как будто сверкнуло что-то.
— То что мы ищем, — ответил Дью. — Слышишь, квакают?
Голоса у лягушек были низкими, басовыми. Обладательницам подстать — никогда бы не подумала, что они такими огромными бывают.
Подавая голос, они открывали пасти, запрокидывая головы, и выпускали в небо радужные всполохи. В этих недолгих вспышках удавалось разглядеть их силуэты, напряженно вытянутые вверх на передних лапах.
Их было много, сидели вдоль всего берега. Маленькие радуги взвивались тут и там в хаотичном ритме, отражаясь в черной воде. Зрелище завораживало.
— Подойдем ближе, только тихо, чтобы не распугать. Не бойтесь, лягушки в этом озере не кусаются, — произнес Дью вполголоса.
— Насколько я знаю, все лягушки не кусаются.
— Вот именно! Значит и эти тоже.
Я бы не рискнула делать столь смелых выводов, когда дело касалось леса, где нарушались законы природы. Пусть даже по законам логики и здравого смысла Дью был прав.
— Это так красиво, прямо невероятно, — выдохнула Иви. — А они всегда так делают? Я хочу сказать, у нас возле замка есть очень уютный прудик...
Охотник смутился и признался, что таких тварей нигде кроме как на берегу озера не видывали. Редкие они, даже в проклятом лесу. Возможно, дело в каких-то особых условиях, и далеко отсюда они не приживутся.
— Жаль, если изведут потехи ради. Вам для зверинца поймаю, какой разговор. Но на продажу..."
"— Я поняла, не волнуйся. Мы никому сюда дорогу не покажем, — немедленно пообещала она. — Но вдруг у нас им понравится? Ты поймай разнополых, поглядим.
К счастью, ловить их следовало днём, когда зарывались в ил и спали. Налюбовавшись вволю, мы поспешили обратно. В замок вернулись почти под утро. Охотник проводил нас до ворот, проследил чтобы за собой калитку заперли, и простился.
Мы тихонько прошли по дорожке, вдоль которой заботливые призраки зажгли тусклые голубоватые огни. Чтобы мы не сбились в потёмках и чтобы тех, кто давно спит, свет не потревожил.
В том, что все живые обитатели замка досматривают десятый сон, мы не сомневались. Поэтому когда на веранде, через которую хотели прошмыгнуть в дом, раздался громкий и вполне бодрый голос, Иви взвизгнула, а я отшатнулась и едва не упала со ступеньки.