— Это порочный круг, где мы, девушки, продолжаем страдать, пока эти толстожопые бездельники не хотят пошевелить даже пальцем! Нам пора взять правосудие в свои руки!
Толпа женщин — среди которых были маги, искательницы, авантюристки и простые горожанки — в едином порыве взревела:
— Найдем ублюдка и кастрируем!
— Сожжем его логово!
— Заставим съесть всё, к чему он прикасался!
Выкрики звучали настолько злобно и угрожающе, что мужчины по периметру невольно поёжились. Зачинщица митинга тем временем подняла руки, призывая к порядку, и продолжила, когда шум немного стих:
— Вы меня знаете. Я не какой-то пустобрех, поэтому провела собственное расследование и готова поделиться с вами результатами.
На площади моментально воцарилась тишина. Женщины замерли в нетерпении, мужчины — в тревожном ожидании. Некоторые зеваки даже вспомнили, как похожая толпа недавно сожгла алхимическую лавку, и судя по тому, как раздухарились девицы, они были готовы на самые радикальные действия.
— Почему стража не разгонит их? — обратился шёпотом какой-то мужчина к стоявшим рядом наёмникам. — Это ж открытый бунт и покушение на устои города.
— Боятся, — усмехнулся один из них, а затем убийственно серьезным тоном добавил, — я бы тоже боялся.
Мужичок, задавший вопрос, оглядел площадь, уделяя особое внимание выражению лиц девушек и исходящей от них жажде крови, и поёжился, поспешно заткнувшись.
— Все мы находили в своих комнатах серые волосы! — меж тем продолжала ораторша. — Но посмотрите, сколько нас собралось! И это далеко не все пострадавшие!
Она достала из поясного мешочка клок серой шерсти и потрясла им перед толпой. В этот момент Зефир наконец понял, в чём дело, и бросил осуждающий взгляд на енота у себя на плече. Правда, было неясно, что именно парень осуждал — само постыдное занятие Брута или его вопиющую неаккуратность в сокрытии улик.
Мохнатый заметно занервничал. Совершенно игнорируя обличительный взор командира, он неотрывно следил за клоком шерсти, которым размахивала женщина.
— Как я уже сказала, это лишь малая часть доказательств! — та подняла руку вверх, вызывая новый взрыв негодования у разъярённых слушательниц. — Волос было в разы больше! А значит вывод очевиден — мы ищем шерстяного извращенца!
Умозаключения рыжей вызвали бурю восторга у распаленных девиц, и именно в этот момент взгляд ораторши, скользя по толпе, случайно задержался на Бруте. Енот моментально покрылся испариной, а его глазки забегали.