Автор
Роман о деструктивной любви, где страсть граничит с одержимостью, а привязанность становится болезнью. Герои связаны друг с другом невидимыми цепями зависимости, готовые на любые жертвы, чтобы остаться вместе. История о том, как тонка грань между любовью и ненавистью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Чувства навыворот»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Роман о деструктивной любви, где страсть граничит с одержимостью, а привязанность становится болезнью. Герои связаны друг с другом невидимыми цепями зависимости, готовые на любые жертвы, чтобы остаться вместе. История о том, как тонка грань между любовью и ненавистью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман о деструктивной любви, где страсть граничит с одержимостью, а привязанность становится болезнью. Герои связаны друг с другом невидимыми цепями зависимости, готовые на любые жертвы, чтобы остаться вместе. История о том, как тонка грань между любовью и ненавистью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
«Черт подери!»
Слава Красницкий…
Ее самый страшный кошмар в столь короткой жизни.
«Господи, за что?» — безмолвно взмолилась, возводя глаза к небу.
Им в одном помещении находиться было категорически противопоказано.
Синицына являлась для него неким безусловным раздражителем. Прямо красной тряпкой для разъяренного быка.
Стоило на горизонте появиться, одноклассник тут же докапываться начинал. Все-то его в ней раздражало! Все-то ему не нравилось!
Ирина являлась обладательницей красивых, густых медно-рыжих волос. Из-за дразнилок Красницкого свою шевелюру девушка возненавидела.
Так же, как и большие зеленые глаза на пол лица, из-за которых парнишка окрестил ее пучеглазой.
«Да с чего пучеглазая-то?» — хотелось кричать всякий раз. Видела она пучеглазых людей. И ничего общего с ними не имела.
Про свою фигуру Синицына вообще не заикалась. Куда ей со своими «сто-шестьдесят-сто» тягаться с идеальными девичьими телами «девяносто-шестьдесят-девяносто», окружавшими его?
Подумаешь, мясистая попа? Зато упругая!
Да, грудь третьего размера. Зато она хотя бы есть!
Узкая талия? Зато… зато гибкая! И животик плоский. Что ж теперь?
Орать на всю школу: «Синицына, ты похожа на воздушный шарик, перетянутый на поясе шнурком? Почему ты до сих пор с этим живешь, и все никак не сбросишься с крыши?»
Но именно так он и делал! Именно так и поступал! А она потом часами рыдала в подушку, чувствуя себя самой настоящей уродиной и желая лишь одного — действительно сброситься с крыши.
Отгоняя от себя не самые радужные воспоминания, Ирина вновь скользнула осторожным вороватым взглядом по объекту своей неприязни.
Красницкий, ни на кого не реагируя, на ходу натягивал футболку.
Так странно. Она никогда прежде не видела его без одежды.
Щеки обожгло болезненным румянцем. Сердце отчего-то бешено заколотилось в груди. Во рту пересохло. И дыхание странно сбилось.
Да! Не зря он, видимо, единоборствами занимался с первого класса. Вот и обладал теперь полностью сформировавшимся телом.
Телом мужчины, не парня!
Мощные плечи. Широкая грудь, покрытая порослью грубых темных волосков. Красивый мышечный рельеф. Кубики пресса на животе.
Внезапно Ирине захотелось прикоснуться к ним.
Ощутить подушечками пальцев их твердость. Или мягкость.
«Вот черт! Я совсем спятила?»
Ее точно по голове шарахнули увесистым кирпичом. По венам разлился губительный ток, покалывая кожу. Будоража кровь.
Впервые она заметила в нем не выскочку, драчуна и задиру, которому все сходит с рук, потому что он — единственный сын главы их города, а… парня. Молодого. Привлекательного. Сильного.
Слава выглядел старше своих лет. Возможно, виной тому была его внешность. Высокий рост. Смуглая, загорелая кожа. Темные волосы и карие, почти шоколадные глаза.
