Автор
В холодном зале школы, Ира чувствует себя зачарованной, словно в навыворотном мире: реальность перевернулась под ногами учениц. Они держат друг друга за руки, хотя страх и ослепляет ярким светом экранов камеры. Ленка уже готовится к следующей съемке, а Ира пытается унять тряску рук — как будто она сама виной всему....
У него имелось занятие поважнее — он провожал Ленку взглядом. И Ира отчетливо видела, каким.
«Да он же ее просто… глазами раздевает!»
— Слава Богу, все позади! — продолжала между тем Ксения Сергеевна. — Уверяю, больше мы Вас не потревожим. Она за ум взялась. В институт поступила, парня завела. Почти ровесника. Я уж прям не нарадуюсь!
— Господи, Ксюша! — осуждающе поцокала языком Александра Николаевна. — И зачем ему эта информация? Язык твой — враг твой! Еще раз извините, Виктор Эдуардович.
Смущенная до крайности Ленка не рискнула обернуться. А вот Ирина не устояла. Любопытство взяло верх. И то, что она увидела в глубине Макаровских глаз, ее прилично озадачило. Он злился. Страшно злился.
И черт его знает, из-за беспардонности Беловой-старшей или же такой была искренняя реакция мужчины на информацию о новом увлечении некогда влюбленной в него девушки.
Словом, далеко от бассейна их дружная компания отойти не успела.
Дорогу им преградил не кто иной, как Александр Борисович:
— Чижова! — расплылся он в добродушной улыбке, останавливаясь в шаге от ее матери. — Сколько лет, сколько зим?
— Ой, еще бы столько же тебя не видеть! — беззлобно буркнула Александра Николаевна.
— Что, даже не поздороваешься с одноклассником?
— Поздороваюсь! Если перестанешь дразнить меня девичьей фамилией!
— Ну, перестану!
— Ну, привет!
— Сашка, время над тобой не властно!
— А ты постарел!
— Возмужал!
— Нет, постарел!
— Зараза!
— А будешь и дальше столько бухать — живот появится! — Александра Николаевна шутя щелкнула Красницкого-старшего по обнаженному торсу, украшенному кубиками пресса.
"— Не умею бросать!
— Кому другому расскажи!
Повисла неловкая пауза.
Все это время оба странно поглядывали друг на друга.
— Как дела-то, Саш? — нарушил молчание мэр. — Выглядишь… уставшей!
— Нормально дела! — отозвалась мама, гордо вскинув подбородок.
