Автор
Совсем рядом, а ты ничего не знаешь — вот какая реальность ждет тебя дома. Просторная комната выставляет перед Машей Григорьевой все свои грязные открытки жизни: фанерные щиты и пыльные рулончики бумаги, скрытые за углом сизым ночным окном. В этом уютном лабиринте ты будешь размышлять о себе, где каждый предмет может стать свидетелем твоего поведения....
– Кажется, он уже здесь и ждет меня, – Маша вылезла из машины и направилась к Ловуду, продолжая разговаривать, – мне несколько неловко, я обещала…
– Кто он? Как его фамилия? – перебил Рязанцев.
– Его зовут Стивен Ловуд, он помощник культурного атташе.
– Я знаком с Ловудом. Если он обидится, свяжите меня с ним, я сам все ему объясню и возьму вину на себя.
– Хорошо, – вздохнула Маша, – я к вам приеду, скажите, куда именно и к которому часу.
Ловуд между тем заметил ее, быстро бросил сигарету, затоптал окурок, словно он был школьником, а она завучем или директором.
– Скажите мне адрес, я пришлю за вами шофера, – заявил Рязанцев в трубке. А Ловуд уже подошел к ней, расплываясь в фальшивой радостной улыбке, и, ожидая, пока она закончит разговаривать по телефону, отечески положил руку ей на плечо.
Маша назвала Рязанцеву переулок, номер дома и поймала тревожный взгляд Ловуда. Он явно пытался уловить голос в трубке.
– А, это, кажется, где-то в районе Маяковки? – почему-то обрадовался Рязанцев.
– Помню, – улыбнулась Маша.
– Быть моим пресс-секретарем – это примерно то же самое.
Когда она захлопнула крышку телефона, Ловуд повел себя более чем странно. Не снимая руку с ее плеча, он обнял ее, притянул к себе и поцеловал в щеку.
– Как же я рад вас видеть, Мери, вы даже не представляете. Столик заказан на половину восьмого, ресторан здесь в двух шагах, мы можем пройтись пешком. Погода отличная, после дождя легко дышится.
– Да, конечно, мистер Ловуд, я тоже очень рада вас видеть, я бы с удовольствием прогулялась с вами и поужинала, но мне ужасно неловко. Только что звонил Рязанцев, я ему зачем-то срочно понадобилась, и через двадцать минут он будет здесь. Я сказала ему, что сегодня ужинаю с вами, но он не терпит возражений.
На Ловуда было жалко смотреть. Он сначала густо покраснел, потом сразу побледнел. Вероятно, он надеялся уже сегодня вытянуть из нее информацию. Неужели все действительно так просто? Неужели именно он заказал Бриттена и связался для этого с бандитами? Теперь они за ним следят. Судя по обрывку телефонного разговора, который ей удалось вчера подслушать, у него требуют денег, он отказывается платить.
