В тени подгоревшей кровати лежит куколка, усыпанная пеплом и отсветившая черными лоскутками. Снежный накройщик с год назад обнажен, но даже в холоде воздух еще держит огонь. Тайлер — зовут его так за цвет волос своей невесты. Она светлая среди темного пепла, и в этот момент он задумывается над хрупкостью жизни и природой смерти....
Расчет на то, что жители хлынут к выстроенным к свадьбе площадкам, оказался верным: все надеялись услышать объяснения. И офицеры-одаренные, стоящие на помостах, суровые офицеры в черной форме, явно не просто так с высоты оглядывали людское море. То ли нужно было собрать побольше народа, то ли прозвучал приказ ждать — но выступление откладывалось.
Тай раздвигал широкой грудью толпу и тащил меня за собой. Я успевала услышать обрывки разговоров:
— Император убит?..
— Нет, он под стражей…
— Мятеж? Революция? Куда смотрит гвардия?
— Регулярная армия на стороне мятежа? О Всеблагой, это конец света…
Мы с Тайлером подобрались почти к самым подмосткам — наскоро сколоченной из досок сцене.
Над Лоренсалем понеслись удары колокола, слышимые и в самых отдаленных уголках столицы. Сопротивление использовало часовой бой как сигнал к началу действа.
Лишь только стихли удары, Флав без лишних разговоров вынул из кармана эхо-кварц и положил его на доски. Из кристалла выросла огромная полупрозрачная фигура генерала Пауэлла, которая нависла над притихшей толпой подобно великану из детских сказок. Голос, усиленный артефактами, прозвучал как гром.
— Граждане Пантерана, я, генерал Пауэлл, возглавляющий сопротивление, собрал вас здесь сегодня, чтобы раскрыть глаза на чудовищную правду.
Женщина, стоящая рядом со мной, судорожно всхлипнула и закрыла рот ладонью. Они станут слушать. Невозможно отвести взгляд от этой грозной гигантской фигуры, заткнуть уши и не слышать рокочущего голоса."
"Генерал Пауэлл говорил коротко, на понятном простым людям языке. Он рассказал, что первый император Максимилиан создал снадобье, изменившее его кровь.
— Не верю! — крикнул мужской голос из толпы.
