Молодую девушку вынуждают выйти замуж за герцога, чтобы подарить ему наследника. Ильеста согласна на отвратительную сделку ради свободы и независимости, но не готова к тому, что чувства осложнят её планы. Сможет ли любовь изменить условия их брака?
— Зачем мне дом, раз у меня нет семьи, — беспечно отозвался друг и, отобрав у Эдрика бутылку, осушил ее за несколько глотков.
На следующий день Эдрик отправился в Шард, где жила Тайрия. Он хотел поехать один, но по настоянию Сторда пришлось взять сопровождение, двух солдат из гарнизона.
Возле скромного храма Кайниэль он увидел нескольких нищих.
— Наши дома сожгли проклятые эйшаны, подайте монетку, милостивый господин, нечем детей кормить, — обратился к нему заросший детина в грязной одежде.
— Отправляйтесь к коменданту гарнизона Теушу, он даст работу на строительстве крепости вам и вашим семьям. Если завтра увижу тебя здесь, сам отвезу туда, — Эдрик кинул пару медных лутов, и нищие бросились их подбирать.
Эдрик подъехал к знакомому дому любовницы, и старый слуга Тайрии низко поклонился.
— Госпожа дома, ваша светлость.
Здесь уже знали о его женитьбе и новом титуле.
На Тайрии сегодня было роскошное зеленое платье с золотой вышивкой, его дополняли изумрудные серьги и кулон с крупным изумрудом, сверкавшим в ложбинке между грудей.
— Я так долго ждала тебя, Эдрик, — она томно потянулась.
— Светлого дня, Тайрия.
— Мой день перестал быть таким светлым, когда я узнала, что ты женился.
— Я еще в прошлый раз говорил тебе, что скоро женюсь.
— Ты скучал по мне? — женщина облизнула яркие губы и стала расстегивать мелкие жемчужные пуговки на лифе.
— Мне некогда было скучать. Я теперь наследный герцог, с утра до вечера слушаю доклады советников.
— А ночью тебе тоже некогда скучать? Занят с молодой женой?
Платье упало на пол, и Тайрия оказалась полностью обнаженной.
Эдрик словно впервые увидел ее тело, он заметил, что тяжелая грудь любовницы немного обвисла. Плоский живот нерожавшей женщины, крутые бедра, — зрелая женская красота, раньше сводившая его с ума. Вдруг он вспомнил хрупкую фигурку Ильесты и рассердился на себя.
Опять в нем вспыхнуло чувство вины и сожаления, что с женой у них случилась размолвка.
— Говорят, твоя жена хромая? — спросила Тайрия, подходя ближе и кладя ему руки на плечи.
— Тебе не пристало обсуждать мою жену! — В нем появилось желание защитить Иль. Она не виновата, что так случилось, что им обоим пришлось пожениться, стать игрушками в руках отца и мага.
— А чем она лучше меня? Мы обе принимаем твой член…
— Замолчи! — резко сказал Эдрик и сбросил с себя руки любовницы.
Если ему раньше нравилось ее бесстыдная откровенность, то теперь Эдрик почувствовал раздражение. и еще ощутил укол совести.
