Молодую девушку вынуждают выйти замуж за герцога, чтобы подарить ему наследника. Ильеста согласна на отвратительную сделку ради свободы и независимости, но не готова к тому, что чувства осложнят её планы. Сможет ли любовь изменить условия их брака?
— Я ничего не помню, — тихо повторила Ильеста.
— Эргел, я хочу, чтобы ты не отходил ни на шаг от герцогини Ильесты. Докладывай мне о ее состоянии каждый час. Пусть служанки пробуют всю еду, которую ей приносят. И еще я распорядился приставить усиленную охрану к покоям герцогини.
Ирвик Девятый, тяжело ступая, вышел из комнаты.
— Хочу спокойно осмотреть вашу ногу, вы позволите, ваша светлость? — Ильеста кивнула, и тонике пальце лекаря невесомы заскользили по ноге.
— Вам нужно будет полежать в постели, чтобы не нагружать больную ногу. Вывих, ушибы, но это пройдет.
— Господин Эргел, — зашептала Ильеста. — Помните, вы говорили мне, что можно попробовать заново сломать мне ногу? А потом сделать так, чтобы она срослась ровно?
— В этом есть определенный риск, ваша светлость. К тому же, если у меня не получится…
— Если у вас не получится, всегда можно будет сказать, что это последствия падения, — Ильеста схватила лекаря за руку. — Умоляю вас, помогите мне, если есть хоть какая-то надежда. Я никому не скажу, даже если будет хуже, чем теперь, клянусь вам.
Эргел смотрел с сомнением, как ей показалось.
— Понимаете, господин Эргел, мой муж…возможно, его отталкивает моя хромота…а он такой…красивый…красивый и бессердечный…
Слова путались у нее в голове. Возможно, сказывалось действие лекарства, иначе бы она не решилась на такие откровения.
— Хорошо, я попытаюсь. Пока поспите, а завтра я сделаю то, о чем вы просите. Будьте готовы к тому, что вам придется лежать несколько недель. Вы не почувствуете боли, я дам вам сильное сонное снадобье…
— Пусть Уллу покормят, — прошептала Иль.
Голос лекаря Эргела звучал, словно в вязком тумане, и она погружалась в клубящуюся бездну, чувствуя, что засыпает. Неясный обрывок то ли сна, то ли воспоминания, мелькнул перед ней. Темная тень, тихие шаги, шепот, скользкие перила, скрипящие ступеньки. Она попыталась что-то вспомнить, но тут же погрузилась в сон…
Наутро лекарь Эргел разложил на столике, покрытом чистой простыней, свои инструменты — крючки, щипцы, молоток и даже небольшую кривую пилу. Рядом лежала стопка чистых жгутов и тонкие деревянные дощечки.
— Это похоже на орудия палача, — слабо улыбнулась Ильеста. Голова у нее сильно кружилась, она уже выпила сонное снадобье.
— Когда-то я работал помощником палача, ваша светлость, — тихо отозвался Эргел. Правда, совсем недолго, всего три дня. Я помогал приговоренным к смерти людям умереть без лишних страданий.
— Но зачем? — изумленно спросила Ильеста.
