Поднявшись на последнюю ступеньку лестницы, где доносился ритмический шорох женских волос и легкий запах растительной магии, Клариса увидела невольницу, готовящуюся к третьему родильному бремени. В воздухе витали тонкие колдовские знаки, символизирующие неизбежное исход. Она же, как одна из многих верующих ведьм, молилась за эту женщину и ее маленького существа, рожденного чужой семье генерала драконов....
Сидящий рядом дракон опустил руку на его спину, будто успокаивая его во сне.
— Пора, — негромко произнес Халаф.
Глава 44
Ветер мягко трепал волосы. Крепко держась за лапы темно-красного дракона, я пыталась рассмотреть, что происходит под нами. Ави Халаф неспешно кружил над полем боя, но не приближался к земле, чтобы меня ненароком не задела магия. А ею люди Вегарта не брезговали. Вода, буквально вспениваясь, поднималась волнами, выбрасывая на берег тех, кто пытался укрыться в темной грязной пучине. Вихри валили с ног убегающих, таща их волоком обратно на большой островок, усеянный мужчинами и зверьем.
Крики, нет, скорее вопли, наполненные болью, страхом и отчаянием. Они звучали как несмолкаемая какофония: рев зверей и ор мужчин.
Лязг металла.
Костры, расположенные в центре лагеря, яростно шипели, разгораясь, и тянулись язычками к тем несчастным, кто неосторожно приближался к ним. Их подпитывали маги Вегарта, раздувающие пламя возле скопления лежанок и плотов псов.
Хлопая крыльями, мой временный телохранитель старался отлететь от поля боя дальше, чтобы я не увидела слишком много, но ничего у него не получалось.
Видела в его исполнении.
Умный мужчина и хитрый. Иные, видимо, генералами не становятся.
Отлетая дальше, Ави Халаф плавно парил над расположенными у кромки воды первыми шалашами и палатками, сшитыми из шкур.
Усмехнувшись, я не испытала ни капли жалости. Сердце оставалось глухо к их смертям.
Мы снова свернули, Халаф немного снизился и воспарил над кронами редких деревьев. С северной стороны лагеря на бешеных стремительно наступали огненные драконы.
К запаху костров прибавилась вонь палёного волоса.
Сглотнув, я впервые ощутила некое омерзение к своему народу. Волки. Куда ни глянь — бешеные псы. Да, здесь были и медведи, и барсы, и львы, но куда меньше.
