Поднявшись на последнюю ступеньку лестницы, где доносился ритмический шорох женских волос и легкий запах растительной магии, Клариса увидела невольницу, готовящуюся к третьему родильному бремени. В воздухе витали тонкие колдовские знаки, символизирующие неизбежное исход. Она же, как одна из многих верующих ведьм, молилась за эту женщину и ее маленького существа, рожденного чужой семье генерала драконов....
В следующее мгновение на моё плечо легла рука мужчины.
— Фера Гресвиль, не отходите от меня ни на шаг. Здесь зачистили, но случается всякое.
— Столько мёртвых, — я осмотрелась.
Кругом лежали тела. Кровь растекалась по влажной глиняной земле и тонкими струйками стремилась к воде. Сглотнув, я повернулась к дракону и уставилась на его грудь.
— Да, вот поэтому женщинам смотреть на подобные побоища не стоит. Здесь и мужику может стать плохо. Пойдемте, генерал Вегарт уже на земле и ждет нас. Вы наследница, и выжившие псы должны увидеть вас рядом с новым правителем.
— Зачем? — я позволила взять себя под локоток и повести вперёд.
— Затем что генерал отпустит несколько псов, чтобы они разнесли весть по своим лагерям в лесах.
— Какую весть? — мой голос слегка дрожал.
— Новостей хватает. Фера Гресвиль — любимая жена генерала Вегарта. Земля теперь его. Ну и растет новый альфа. Выжил всего один сын ханыма. Выжил и победил брата в честном бою…
— Каком бою? — я споткнулась на ровном месте. — Ты о чем, Халиф?
— Сейчас всё увидите.
От страха у меня в душе всё заледенело. Передвигая ногами, я с ужасом осознавала, какое обещание Руни взял с Вегарта.
Крики стихли, и на поляне воцарилось молчание.
Это должно было испугать, но я слышала мысли своей волчицы. Она нашептывала, что именно такая армия нужна этим землям — вырезающая гниль ножом по живому. Уничтожающая заразу, не позволяя ей расти и расползаться по деревням и мелким городишкам, прятаться за личиной добрых соседей.
Остановившись, я обернулась, услышав очередной предсмертный хрип.
— Не смотрите, фера, — спохватился мой временный телохранитель, но я остановила его жестом.
За нашими спинами остались лишь мертвые. Ни одного дракона, на почерневшей траве лежали только люди Бирна. Падаль! Я хорошо помнила, как в ту самую страшную ночь младший брат убивал тех, кто отказывался примкнуть к нему.
