Поднявшись на последнюю ступеньку лестницы, где доносился ритмический шорох женских волос и легкий запах растительной магии, Клариса увидела невольницу, готовящуюся к третьему родильному бремени. В воздухе витали тонкие колдовские знаки, символизирующие неизбежное исход. Она же, как одна из многих верующих ведьм, молилась за эту женщину и ее маленького существа, рожденного чужой семье генерала драконов....
Это пересилило любовь к простой деревенской женщине и стало началом их конца.
Он желал получить сильного наследника, а она смогла родить лишь меня.
— Грета, — тихо шепнул Руни, — ты хмуришься, сестренка. Что не так?
— Родителей вспомнила, — честно созналась, пытаясь через силу улыбнуться.
— Тебе ничего не нужно опасаться. Их историю вы с Вегартом не повторите. Этот дракон знает цену семье. Умеет любить и защищать. Лучшего я бы для тебя и не выбрал.
Сжав крепче его руку, наконец, смогла искренне улыбнуться.
Меня посетила еще одна весьма забавная мысль. Отец все же получил то, чего так хотел, только достался его великий наследник — мне в качестве любимого брата. И он будет прославлять имя Вегарта Вагни, как своего наставника.
Прославлять ведунов и причислять себя к их роду.
Жрец тихо запел над белоснежным камнем алтаря. Такой чарующий голос и такой неподходящий для лохматого гиганта. Остановившись, я взглянула на Вегарта.
Его глаза вспыхнули голубым огоньком. Зрачок запульсировал и вытянулся в тонкую нить.
— Признаешь ли ты, Вегарт Вагни, эту женщину своей истинной? — тихо спросил жрец.
Вздрогнув, я повернула голову. Пение продолжало разливаться по храму, но губы жреца были сомкнуты. Повязка с глаз исчезла. Замерев, я осознала, что на меня смотрит некто совсем нечеловеческим взглядом.
Очи, заполненные пылающей словно лава кровью.
Сын смерти.
И он служит моему мужу!
Взглянув на Руни, заметила, что он не шевелится и, кажется, даже не дышит.
"— Да, я признаю перед всеми, что Гресвиль, дочь племени Белых волков, моя истинная. Моя единственная, и другой я своей не назову.
Вегарт продолжал терпеливо ждать, пока я вложу свою ладонь в его. Уголки его губ приподнимались, казалось, он отчетливо понимал, что происходит, и это успокаивало.
Опомнившись, я быстро схватила его руку, ощутив, как теперь его пальцы сжимают мои.
— А ты, фера Гресвиль, признаешь Вегарта Вагни своим истинным? — Глаза Брека вспыхнули сильнее.
На меня смотрело нечто совсем уж жуткое и опасное.
— Да! — мой голос дрогнул. — Признаю. Он мой суженый, и другого я своим не назову.
— Боги услышали вас.
Этот странный Брек снова тихо запел. Все вокруг пришло в оживление.
Дьярви сделал небольшой шаг в сторону, чтобы не заслонять нас от гостей.
