Автор
В Нью-Йорке весной 1890 года, где каждый днем становится строже и холоднее. Леди Агата Уайт с тревогой ждет посадки на поезд в Бигглсуорты — родные деревнях маркиза Коттона, который не мог выйти замуж из-за некрасивой семейной истории. Анри Арно, молодой адвокат, берется помочь с организацией свадьбы, вдохновленный решимостью невесты и стремлением ее семьи создать образцовый брак после неудачного прошлого....
Она обернулась и, снова оказавшись рядом с ним, положила руку ему на грудь, где билось его сердце. Он наклонил голову, пытаясь разглядеть выражение ее лица. Мысли путались в его голове. Казалось, каждый его нерв осязал тепло ее ладони. Он ощущал прикосновение ее пальцев при каждом своем вздохе.
— Да?
Эллиот убеждал себя, что больше не целовал Летти потому, что не хотел, чтобы у нее появились какие-либо сомнения относительно его намерений, чтобы не дать ей повода оттолкнуть его. Но это лишь отчасти было правдой.
Он не целовал ее, потому что боялся. Боялся, что ее страстность, как искра, разожжет пламя, которое поглотит их обоих. Пять дней назад, когда она, слегка откинувшись, отвечала на его поцелуи, ему потребовалась вся сила воли, чтобы остановиться. Ему чудом удалось взять себя в руки, обратить все в шутку, но Эллиот не мог обманывать себя: в нем пробудилась страсть, ненасытная и опасная, словно проснувшийся зверь."
"Он чувствовал ее. Сейчас. Здесь. Ночь была теплой, а по его телу пробегала дрожь желания, хотя ее рука почти не касалась его.
— Да? — тихо повторила она, он чувствовал ее дыхание. Он взял ее руку и отвел от своей груди.
— Летти. Нам следует вернуться.
— Следует ли? — Она поддразнивала его, он видел ее улыбку. Она освободила руку, и та, словно птичка в гнездо, юркнула ему под манишку, он ощутил ее пальцы на своей коже.
Его словно ударило электрическим током. Прикосновение потрясло его.
— Не надо. — Это было все, что он мог произнести, хриплая мольба против неодолимого искушения.
Она помедлила. На мгновение Эллиот подумал, что Летти уберет руку и останутся только взаимная неловкость и смущение. Она не убрала.
— Миссис Бантинг сказала, что у вас холодная натура.
— Боже мой! — Он не мог этому поверить. Она все глубже забиралась под его рубашку. Он опустил руки и сжал их в кулаки.
— И что вы — бесчувственный. Он лихорадочно искал слова…
— Пожалуйста, Летти.
— И она утверждала, что я интересую вас, потому что я дочь герцога, — чуть заикаясь, закончила Летти.
Он услышал, как зашуршал шелк нижней юбки, когда она сделала еще шаг к нему.
— Она говорит правду?
— Нет.
Летти стояла совсем рядом, и он видел очертания ее губ, широкие скулы, четкий овал лица.
