Автор
В Нью-Йорке весной 1890 года, где каждый днем становится строже и холоднее. Леди Агата Уайт с тревогой ждет посадки на поезд в Бигглсуорты — родные деревнях маркиза Коттона, который не мог выйти замуж из-за некрасивой семейной истории. Анри Арно, молодой адвокат, берется помочь с организацией свадьбы, вдохновленный решимостью невесты и стремлением ее семьи создать образцовый брак после неудачного прошлого....
— Поклянитесь, что постараетесь не думать обо мне слишком плохо, — попросила она.
— Конечно.
Девушка расправила свои хрупкие плечи.
— Хорошо, значит, так. Было время, когда я питала к Кипу Химплерампу… более чем сестринские чувства.
— Кип Химплерамп. Кип Химплерамп… Это хмурый мальчишка-сквайр?
Анжела кивнула. Наконец появилось что-то интересное.
— И он был неравнодушен ко мне. Вернее, я так думала.
— Понимаю. — Как она понимала! Воспоминание о сэре Эллиоте и ее собственном страстном порыве словно волна обрушилось на Летти.
— Ну вот. Я вижу, вы думаете обо мне самое плохое, не правда ли?
— Конечно, нет, — успокоила ее Летти. Она глубоко сочувствовала Анжеле.
Бедняжка, забывшись, отдалась на милость непреодолимых сил, захлестнувших ее волной влечения. Ну и что? Если бы они с сэром Эллиотом не оказались на виду целого дома, то неизвестно, что,бы произошло! Хотя бы за это надо было| благодарить Господа.
То есть она должна благодарить Господа.
— Ну что же, моя дорогая, — сказала она, — вы облегчи^ ли душу.
— Я бы забыла. Но сейчас…
Летти оттолкнула Анжелу и, держа на расстоянии вытя-j нугой руки, пристально посмотрела ей в глаза:
— В чем дело, Анжела?
— Кип. У него есть мое письмо. Очень откровенное, компрометирующее меня письмо! О! Я умру, если оно когда-нибудь попадет на глаза моему дорогому Хью.
— Почему он должен увидеть это письмо? — спросила Летти, уже зная ответ. Кип угрожал показать его, шантажировал бедную девушку, точно так же, как Ник шантажировал всех «этих богатых, никчемных, безликих идиотов», которые оказывались в его власти.
Только сейчас эти люди больше не казались ей «безликими». Тем более «никчемными». Они обрели лицо, лицо этой девушки. И эта девушка не была ей безразлична.
Даже если Летти лично не участвовала в шантаже, она прекрасно знала, откуда берутся деньги, которые Ник тратил на нее. Ее молчание делало ее такой же виновной, как и он. Она почувствовала страх и глубокое отвращение к себе самой.
— Сколько он хочет?
— Сколько? — повторила Анжела, не понимая вопроса.
— Денег.
— Он не хочет денег. — Анжела была шокирована.
— Так чего же он хочет?
— Чтобы мы встретились у «ведьмина дерева» попрощаться…
Мальчишке не нужны деньги? Прекрасно. Значит, никаких проблем.
— Если вы не хотите туда идти, не ходите.
— Он говорит, что, если я не приду, он отошлет мое письмо Шеффилдам, и тогда Хью все узнает. — Слезы вновь потекли по щекам девушки. — Не могли бы вы… — Анжела опустила глаза.
