Я сидела в обветренном пространстве бывшего дома, ощущая ледяной холод и мысли, как гельминт — непереносимый ко всему. Вдруг вижу: мир изменился — отношения исчерпали свои права. Токсичные взаимодействия с матерью, работа, где змеиный трёхголовый дракон топтался над мною, и брошенные страстные отношения с Петром, что прервались из-за его наследства. Я убеждала Вери, мы просто нуждаемся в отключке друг от друга....
Похоже, «Чужая земля» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
У солдат завтрак был попроще, но за ним мне пришлось мотаться несколько раз.
Зато и теплый хлеб произвел неизгладимое впечатление, а уж добавка меда порадовала их, как детей. И в то же время вызвала несколько нервные разговоры о моем могуществе. Об этом я и беседовала с Хасемом.
– Госпожа, не волнуйся, солдаты еще не привыкли к твоим способностям, но это не страх, поверь. Скорее – благоговение. Не каждый день боги помогают смертным. А ведь твоя помощь спасла не одну жизнь…
– Хасем, я не привыкла быть богиней.
– Знаешь, госпожа, мы уже обсуждали это с Имхотепом.
– И что он сказал?
– Он сказал: «Кому много дано в этой жизни, с того и спросится больше, чем с остальных!»
– Боюсь, что он прав, Хасем… И боюсь наделать ошибок.
– Не только я и Имхотеп будем стоять возле твоего трона. Поверь, божественная, у тебя достаточно слуг, которые будут верны и честны.
– Многие ли остались?
– Не знаю, госпожа, боюсь ошибиться…
Группа всадников появилась на дороге, ехали они медленно и, приблизившись к нашему посту, теперь уже – открытому, спешилась.
После разговора с солдатами один из всадников был допущен ко мне. Хасем, как и вчера, занял место за моим креслом справа.
Ёжечки-божечки, как же меня раздражает эта манера – валиться в ноги!
– Встань!
– Великая Инеткаус, сестра твоя, божественная Ниан-Хатхор и муж ее, могучий Джибейд, прибыли чтобы приветствовать тебя! Дозволишь ли ты им приблизиться?
О как! Они прибыли приветствовать! Убийца фараона и его жена, которая ненавидела настоящую сестру.
– Ты уверен, что они там выживут? Может быть, стоит отправить с ними больше слуг?
– Госпожа, оставить им жизни уже – неслыханное милосердие!"
"Сестру мою принесли в паланкине четверо огромных чернокожих рабов.
