В Ростове разгорается футболистский сезон, когда доигрывает команда «парагвай». Встреча с неизвестным игроком с выдающимся носом и крючковатыми чертами вызывает удивление и волнение. Отбросьте все предположения: это Гуня, но откуда он взялся?
Похоже, «Чужак из ниоткуда-3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Было в этом что-то живое и тёплое, некое уходящее очарование прошлого, что-то вроде керосиновой лампы, от которой когда-то, на войне, любил прикуривать дядя Юзик. Казалось бы, я и так в прошлом, куда уж дальше — ан, нет. То, что казалось прошлым ещё год-полтора назад, уже стало для меня настоящим.
— Соединяю!
Длинные гудки, трубку сняли.
— Прокофьев слушает, — послышался в трубке глуховатый голос министра.
Мы встречались с Михаилом Алексеевичем на том самом совещании в Совете министров и даже обменялись несколькими доброжелательными фразами — министру просвещения было приятно, что неожиданного юного гения, к которому нынче прислушиваются в самых высоких эшелонах, воспитала наша советская школа.
— Здравствуйте, Михаил Алексеевич, — бодро сказал я. — Серёжа Ермолов беспокоит.
— Здравствуй, Серёжа! — голос министра потеплел. — Слушаю тебя.
Я вкратце изложил суть дела, извинившись в конце, что беспокою по столь пустяковому вопросу.
— Ничего, Серёжа, правильно сделал, — заверил меня товарищ Прокофьев. — В нашем деле пустяков не бывает. Как, говоришь, завуча зовут?
— Гуменюк Лидия Борисовна, — повторил я.
— Покури десять минут, пока я ей позвоню. Потом иди. Думаю, вопрос решится, — в голосе министра просвещения проскользнула усмешка.
— Не курю, Михаил Алексеевич, — сказал я. — Но я понял.
— Действительно не куришь.
— Годы здесь ни при чём, — заметил я. — Курить не собираюсь и впредь. Ибо курение не просто вредная привычка, как у нас принято считать, но самое настоящее зло. Наркомания. Да, никотин — лёгкий наркотик, на сознание человека не действует. Но — наркотик.
— Круто берёшь, — сказал Прокофьев.
— Могу обосновать.
— Не сомневаюсь. Но с этим тебе лучше к Трофимову Владимиру Васильевичу [2]."
"А ведь это мысль, мелькнуло у меня. Слон по имени Воспитание не обойдётся без реформы здравоохранения, в которой не последнюю роль должен играть добровольный отказ советских людей от курения и водки.
— Обязательно обращусь, — сказал я. — Спасибо, что напомнили, Михаил Алексеевич.
