Автор
Освещенные яркими лучами октябрьского солнца на берегу упивались обладательницы стройных тел изысканными костюмами. 17-летняя принцесса Хедер Элизабет Деверо, оглядываясь на низкие волны, думала о том, что скоро она окажется среди мужчин, которые будут называть ее "Чужестранкой в гареме"....
Хедер, небольшого роста изящная девушка с соблазнительными формами, отличалась редкой ослепительной красотой, о которой даже не подозревала. На красивом овальном личике особенно выделялись огромные глаза изумрудного цвета. Шелковистая кожа оттенка слоновой кости была безупречна, а единственным недостатком являлась россыпь веснушек на маленьком слегка вздернутом носике. Головку девушки венчала роскошная копна золотисто-рыжеватых волос.
Эйприл, голубоглазая брюнетка, была на несколько дюймов выше кузины. Ее скромная красота скорее радовала глаз, чем поражала.
– Мадемуазель, – окликнул Хедер капитан судна.
Девушки разом обернулись. У этого низкого и коренастого француза были жирные черные волосы и усы. Настоящая жаба, подумала Хедер.
– Позвольте проводить вас в каюту, – сказал капитан Арман. – Идите, пожалуйста, за мной.
– Нет, спасибо, – вежливо отказалась Хедер.
– Но мы вот-вот поднимем якорь и отчалим, – возразил капитан.
– Поднимайте на здоровье, – отозвалась Хедер. – Мы останемся на палубе до тех пор, пока родина не исчезнет из виду.
Не на шутку рассердившись, капитан Арман повернулся на каблуках и зашагал прочь, ругая себе под нос невоспитанных англичан. Граф Болье, известный своим суровым нравом, очень скоро укротит эту девчонку и научит ее вести себя вежливо. Во всяком случае, капитан очень на это надеялся.
Тем временем девушки вновь обратили взгляд на берег, всматриваясь в удаляющиеся фигурки. Хедер вздохнула. Ее мать, очевидно, не намерена была дожидаться отплытия корабля.
– Мадемуазель, я настаиваю на том, чтобы вы прошли в каюту. – Капитан Арман вновь появился рядом с ними. – Ваше присутствие на палубе отвлекает моих людей от работы.
– Мой дорогой капитан Арман, – проговорила Хедер, напустив на себя надменный вид. – Я вам не мадемуазель, а леди Хедер. Кроме того, мы с моей кузиной спустимся вниз, как только будем готовы, и ни минутой раньше.
Подавив желание дать ей пощечину, капитан Арман оскалился и, не сказав ни слова, удалился. Хедер подмигнула Эйприл, которая подавила нервный смешок.
– Прости, что назвала тебя моей служанкой, – извинилась Хедер. – Господи, до чего же я ненавижу этих французов! Кроме моей матери, разумеется.
