Автор
Максим сидит за столом, окурки на земле и мрачный взгляд говорят о прошлом скандале. Его оппонент уверенно рассуждает, но не прячет страх перед Максимом. Вместе они размышляют о дне рождения подруги, где каждый чувствует неладное.
— А ты этого хочешь? — с улыбкой смотрит на меня, прищурив глаза.
— Чтобы он снова влюбился?
— Да, чтобы он снова влюбился.
Я отвела глаза, потому что не могла смотреть на Степаниду Ивановна и врать в глаза.
— Так хочешь или нет? На самом деле ведь это очень простой вопрос, и на него есть очень простой ответ: либо да, либо нет.
— Нет.
— Тогда мне всё с тобой понятно. Кажется, у наш чай остыл, заварим свежий.
Глава 30
Максим
— Сынок, тебе нужно приехать к нам, хочу поговорить.
— Мама, без обид, не хочу разговаривать, хочу побыть один, устал.
— Матвей по тебе скучает, нельзя так, ты нужен ребёнку.
— Хорошо, приеду.
Даже если не хотел ехать, ему я отказать не мог. Последние пару недель очень суетливые. Отложил все дела, нахожусь в состоянии подготовки к родам Даши. Знаю, что осталось совсем немного времени до того момента, как родится наша дочь.
Екатерина Сергеевна сдержала своё слово после того, как мы пообщались с ней впервые. Она выполняла обещание данное мне держать в курсе дел о жизни Даши и ребёнка.
Сейчас Дашу она фотографирует украдкой. Даша больше не позволяет. Я понимаю почему, и не осуждаю за это.
Часто смотрю те фотографии, где она ещё не знает, что они будут пересылаться мне. На них она другая: открыто улыбается Екатерине Сергеевне, довольная, и даже, как мне кажется, счастливая? На самом деле, думаю, что нет, но это для истории, для нашей дочери. Как говорит Екатерина Сергеевна, Даша планирует показывать потом эти фото и видео дочери и рассказывать, как она её ждала.
А теперь фотографии всё больше украдкой, где Даша уже с округлившимся животом, не всегда весёлая, она же не знает, что мама фотографирует. И тут уже вижу её реальные эмоции. Она грустная, задумчивая, уставшая. Думаю, тут самые настоящие эмоции. И причина этого, естественно, я.
Один раз попытался снова поехать поговорить, но у нас не вышло. Зная её враждебность, не решился подойти.
Знаю, что у меня дочь, я бесконечно счастлив. Иногда ловлю себя на мысли, что может быть, таким образом Настя вернулась к нам. Я буду видеть её в своей дочери и совершенно точно не допущу такую судьбу для малышки. Наверное, я буду сумасшедшим отцом, который контролирует каждый шаг своего ребёнка.
