Но я — не он, поэтому захожу как умею. Скорость падает, мы снижаемся, и вот уже лыжи касаются снежного наста. Точнее того что от него осталось.
Ладно хоть не до асфальта вычистили. — приходит одинокая мысль. Сильно тормозить нет смысла, накатом как раз подъеду к стоящим в конце полосы машинам.
Несколько буханок, нива, и что-то непонятное с правым рулём, стоят колонной вдоль полосы, и прокатившись почти до их стоянки, я наконец жму на тормоз.
Самолет останавливается, и в тут же открытую дверь, врывается морозный воздух.
К нам бегут несколько человек, половина женщины. Оружия ни у кого не видно, поэтому, когда на снег выскакивает с пулемётом наперевесЛеонид, они резко останавливаются. Он же, осознав свою ошибку, перекидывает оружие на спину, и призывно машет руками. Кричать смысла нет, мотор я не глушу, и он гасит любую «говорильную» активность.
Осознав что угрозы нет, люди все-таки подбегают к самолёту, и через пару минут удаляются в окружении толпы детей. Моя дочь держит за руку невысокую женщину, и тащит за собой какого-то карапуза.
****
Обратно добираемся тем же обходным путём. Светлеет, на часах половина восьмого, и уже можно в полной мере оценить масштабы проделанного коридора.
Вокруг базы охотников уцелело лишь несколько зданий, скорее всего специально оставленных для обороняющихся.
— Это сколько же взрывчатки нужно?.. — спрашиваю у Викентия.
— Много. — чуть посомневавшись, отвечает он.
Хмыкнув, я замолчал. Сама возможность заминировать занятые неприятелем многоэтажки, казалась мне совершенно невероятной.
— Сколько их?.. Полсотни? Или больше? Руины окружали базу на добрых пару километров. Застройка в этих местах, конечно, не особо густая, но всё равно, слишком многочисленная, чтобы втихаря провести столь грандиозную операцию.
— Мы давно готовились. — правильно оценив моё молчание, произнёс Викентий, — Дома минировались долгие годы. Как бы мы не прятались, всегда знали что конец будет таким.
«Ну да». — подумал я. — времени у них было более чем достаточно.
Да и взрывчатки, если знать где именно минировать, не особенно много и нужно. Достаточно подорвать какие-то несущие узлы, и дальше дом сложится сам. Странно только что детей заранее не вывезли, всё-таки предполагать о подобном развитии за много лет, и не озаботится элементарным...
Отвлекаясь от раздумий, я убрал обороты и повёл самолёт на снижение. Дома больше не мешали, поэтому самый опасный, открытый участок прошёл на высоте около двадцати метров.