Вот краткое описательное описание для книги "Чужие степи — часть третья" Климом Ветровым: Темнота таит в себе больше страха, чем рассвет. Только усевшись за рулень летного кресла, я ощутил как воздух вокруг меня зреет опасностью. При семь дней пребывания среди неведомых людей, осознание их подвохов начало казаться очевидным и тревожным. С секундой до выстрела за спиной Николая — Клауса — я едва сдержался не отдать ему по заслугам....
Приземлились мягко, и прокатившись почти до конца полосы, я заглушил двигатель."
"— Вон они, едут уже! — сообщил Леонид, выглянув в иллюминатор.
Поднявшись, я надел шапку, и вышел наружу. Пока дети грузятся, проверю давление в стойках, одна из них серьёзно пропускает, что только что ощутилось при посадке.
Откинув крышку, и убедившись что давление снизилось на треть, понять, из-за чего так происходит, я не смог. Возможно рассохлась одна из прокладок под кожухом, или, не дай бог, трещина в самом стволе стойки.
Детей в этот раз было гораздо больше, и в основном старшенькие. Проходя в салон, они распихивались кто куда, и когда я закончил со стойкой, места в самолёте уже не было.
— Сколько человек? — спросил я Леонида, он контролировал погрузку.
— Тридцать шесть. — скривившись, он кивнул на дверь — битком набились. Поднимем?
Учитывая что перегруз ведёт к увеличению длины разбега на взлёте, и ограничению потолка высоты, попробовать стоило — ни в длине, ни в высоте, ограничений у нас не было.
Поэтому успокоив товарища, я махнул рукой сопровождающим, и поднялся на борт. Леонид зашел следом и закрыл дверь.
Восемь ноль пять.
Взлетали тяжело. На мгновение я даже почувствовал себя снова в уазике, когда от души жмешь на газ, а он ни черта не едет. Тут примерно так же происходило. Мотор ревёт, обороты на максимум, а самолёт никак не хочет отлипать от земли.
Но у нас получилось. Физика — она на то и физика, что никакие сомнения на неё не действуют. Набрал достаточную скорость для отрыва — взлетай. Не набрал — не взлетай. Всё просто.
Летели тем же маршрутом: такой же длинный крюк, посадка, выгрузка пассажиров, и вот мы уже опять в небе.
На часах восемь тридцать две.
Пытаясь подсчитать временной интервал, я никак не могу сосредоточиться, мысли путаются, а цифры куда-то убегают.
Зато самолёт, без такой сумасшедшей загрузки, ведёт себя совершенно иначе.
На подлете к базе отчетливо слышатся выстрелы. Стреляют где-то близко: откуда, и куда бьют, непонятно, но на всякий случай, снижаясь, добавляю скорости, и захожу на посадку, едва не цепляя макушки деревьев.
