Утро в глухом поселке внезапно портилось отсутствием воды. Я с трудом держался от злости, решив, что снова сломалась насосная установка. Но когда я понял, что проблема настолько остро, как в городе — это только плюс для местных жителей, у которых нет центрального водоснабжения....
Перехожу к башне с пулеметом, она почти над головой командирского места, лента заправлена, в нише сбоку несколько коробов с патронами, пихаю ногой, — полные. Пкт — пулемёт калашникова танковый, 7,62 миллиметра, таким калибром ещё прадеды в гражданскую стреляли, здесь тоже самый распространенный боеприпас. Трогаю рычаги поворота башни — работают, электропривод живой, и это радует. По обзору непонятно, на улице темно и ничего не видно, но должно быть вполне приемлемо.
По кузову кто-то громыхает.
— Я это. — заглядывая в люк, громко шепчет Василич, — на вот, прими.
Протягиваю руки. Небольшая, но тяжелая брезентовая сумка и пара калашей, один даже с подствольником.
Калаши ставлю рядом, заглядываю в сумку, там, перемотанные тряпками, лежат воги, гранаты для подствольного гранатомёта, штук десять по весу.
Спустившись прямо в кресло, Василич морщится, и схватив промасленную тряпку торопливо стирает перепачканные кровью рычаги.
— В кузове смотрел? — кивает он назад.
Переползаю в салон, или как он называется по правильному — десантный отсек.
Перетянутые брезентом лавки с двух сторон и пара больших, литров по пятьдесят пластиковых канистр. Одна полная, во второй чуть меньше половины.
— Соляра только. — отчитываюсь, возвращаясь на место.
Василич берётся за рычаги, и долго тыркает ручкой переключения скоростей.
— Давно не практиковался. — объясняет он, — минуту и поедем...
Я киваю и снова возвращаюсь к пулемёту, надо сразу всё проверить, чтобы потом чего-нибудь не заклинило.
Спуск не трогаю, здесь он электрический, провод на месте, по идее должен работать. Поднимаю лентоприемник, вынимаю ленту и ставлю её обратно. В принципе проверять больше нечего, бывшие хозяева хорошо смотрели за единственным оружием тягача. Настроение улучшается, хотя что ни говори, а это всё же не наступательная техника, — созданная для транспортировки пушек и прочих армейских безмоторных штук, мотолыга была именно тем чем задумывалась, — простым и надёжным тягачом. Да, тягачом бронированным, но если эта броня от чего и защитит, то только от осколков, да может от лёгкого стрелкового оружия.
— Ну что, попробуем? — повернулся Василич, и не дожидаясь ответа, взялся за рычаги.
