Тускло горевшая под потолком лампочка едва освещала перевязанных какими-то тряпками, с посеревшими от усталости лицами и потухшими глазами людей. Они молча ждали своей очереди. Почти все знакомые, многих я знал лично. Стараясь никого не зацепить, я проталкивался к перевязочной, по пути мне кивали, я отвечал.
Пахло гарью, немытыми телами и лекарствами.
— Аню не видели? — остановил я идущую навстречу девушку санитарку, имени ее я не знал, но не раз сталкивался когда приходил сюда раньше.
— Она в операционной.
— узнав меня, ответила девушка. — Ей что то передать?
— Не надо, я сам. Спасибо.
— Вам туда нельзя, идёт операция. — остановила она меня.
— Понятно. Надолго? — спорить я не собирался, или подожду, или позже зайду.
— Не знаю, но раненых очень много, так что думаю не скоро.
.. — виновато пожав плечами, ответила девушка."
"— Хорошо, тогда передайте что я заходил, и дома всё хорошо. — попросил я её, и развернулся на выход.
Вообще, убедившись что с семьей всё в порядке, я как-то сдулся, только что готовый куда-то бежать и что-то делать, сейчас поостыл, всеобщее уныние овладело моими мыслями и выйдя из душного тамбура на улицу, я отошел в сторонку и присел на торчащую из раздолбанных плит толстую трубу.
"
