В темноте рванувшийся из кабинета свет мелькнул в глазах Алексея Савельева. Он поднял голову и увидел перед собой бывшего военнопленного, чьи глаза словно полыхали тоской в потухшей дневнике. Ответ он уже готовил — повторение того самого рассказа, который выслушал не раз, отмечая каждую дату и деталь....
Он с остервенением крутил ручку, дергал ее со всей силы. А потом заорал на Савельева:
– А ну, давай ты! Взрывай, чего разлегся?
Алексей тоже для вида повертел металлический стержень, хотя точно знал – взрыва не будет. Он сделал все для этого. Да и последний вагон уже промчался перед глазами.
Контрразведчика за шкирку оттащила от ящика сильная рука. «Голубчик» в ярости ухватил парня за горло:
– Почему не рвануло? Ты что там накрутил?
От удара по ребрам Алексей согнулся, в глазах потемнело, такой волной боли его окатило.
Вдруг кто-то глухим голосом с сильным акцентом остановил взбесившегося бандита:
– Перестань, «Голубчик», ты же его до смерти забьешь!
Тот взревел:
– Да и пускай! Сдохнет, не велика потеря! Наврал мне, что минировать умеет.
Но Акимчик, который вступился за новенького, сильной рукой удержал главаря:
– Может, сломалось чего. Надо проверять. Без него мы точно не разберемся. Тогда нам не видать ни паспортов, ни пайка, ни Польши. Угомонись.
«Голубчик», видимо, все же внял голосу разума. Он ухватил стонущего парня за шкирку и поволок к железной дороге. Швырнул прямо на рельсы:
– А ну, давай, чини. Что ты там напортачил, – в свете луны блеснуло острие ножа.
Алексей простонал сквозь кровь, которая заполнила рот после удара:
– Наверное, проволока отошла.
– Вот и делай! – взвыл бандит. Он отошел подальше, побаиваясь взрыва заложенного динамита. Как вдруг споткнулся в кустах о мешок, который еще днем так и не успел понадежнее спрятать контрразведчик.
– Ах ты, сука. Это же… – взвился «Голубчик».
Договорить ему Савельев не дал. Смершевец, несмотря на боль, сгруппировался и прыгнул на бандита.
– Это тебе за Потапа, это за всех ребят! За отдел СМЕРШ! Сдохни, урод!"
"«Голубчик» визжал от боли и извивался. Но после пятого удара затих. Алексей снова с размаху врезал головой в область носа и рта «Голубчика».
