Автор
В глубине квартиры Ланки мерцает слабый свет от лампы. Тысячи вопросов мелькают у меня на губах — зачем здесь? Что произошло между нами? Но я молчу, стесняясь даже дышать. В этот дом я приехала не с целью узнать все секреты или рассказать о том, что случилось. Здесь царит тихая ноющая тревога — как будто воздух наполнен невидимыми словами прошлого, ждущими своего времени, чтобы выскользнуть на свет....
Я прекрасно понимаю уже, что привлекаю определенный тип мужчин, напористых, с уверенностью берущих то, что им нравится, не спрашивая чужого желания.
И понимаю, что меня саму Каз тоже привлекает… Не зря же портрет его рисовала. Бессознательное в действии.
Но это не значит, что я смирюсь и позволю опять втянуть себя в такие отношения.
Думаю, Каза я зацепила в первую очередь тем, что среагировала на него в самый первый раз, в первую нашу встречу так, как ему надо было. Пришлись по нраву моё овечье блеяние и широко раскрытые в ужасе глаза.
И, если продолжу в том же духе, то и он не тормознет. Будет давить, давить… Пока не додавит.
А если перестроюсь, начну вести себя так, как ему не понравится, то, может, отстанет?"
"В любом случае, попробовать стоит.
Я ничего не теряю. Если не получится, он меня все равно прогнет. Без вариантов, прогнет…
Зато, если интуитивно пойму, как ему не нравится, то могу оказаться в выигрыше. И даже относительно целой выползти из ситуации…
— То есть, ты считаешь, что ничего не было? — прищуривается он сквозь огонь зажигалки, выдыхает сигаретный дым в сторону.
— Недоразумение… — пожимаю я плечами, — вы меня приняли за женщину, способную брать деньги за… свое внимание… Я исправила ваше впечатление о себе… На этом все.
— А ты, оказывается, можешь целыми предложениями говорить, надо же… — в полумраке его оскал смотрится пугающим, белым и ярким, сколько клыки хищника. А глаза — слишком темные, морочат, в оторопь вгоняют…
— Рада, что сумела поправить ваше впечатление о себе, — киваю я, — а сейчас мне надо на работу, простите…
— Подвезу.
Это не предложение ни на один процент.
Он просто кивает на свою машину, выдыхает дым, стоит на моем пути, явно намереваясь, если потребуется, силой усадить, как до этого, у здания спортклуба.
Но я просто разворачиваюсь и сажусь в машину.
Сама.
Не дожидаясь, пока он прихватит опять за локоть, уже привычным способом транспортируя к тачке.
Дверцы машины открываются самостоятельно, сажусь на переднее пассажирское и, пользуясь тем, что Каз не смотрит, обходя капот, тихонько молюсь, прикрыв глаза.
Мамочка, пусть он от меня отстанет… Пожалуйста… Не до него мне сейчас… И никогда не будет до него. Как и ему — до меня. Он же сломает и выкинет. По нему видно, что он привык ломать.
