Автор
Ночью на Граагу царит тишина, но её нарушают странные звуки. В утренних сумерках осадок превращается в мощный ливень, приносящий с собой холод и неясность. Анастасия чувствует, как мир вокруг медленно выравнивается к новому дню, но что-то заставляет сердце колотиться о ребра — она чувствует чужие тени, невидимые силы, которые готовы вмешаться даже в самый обычный день....
И Роланд уехал бы вслед за ней, убедившись в том, что у Огдена всё хорошо, что он справляется с обязанностями. В конце концов, канцлером способен быть и кто-нибудь другой, например, Томас Ротергейл. Если он, конечно, не связан с заговорщиками.
Пока Риан, постоянно вполголоса ругаясь из-за отсутствия каких-то необходимых инструментов, рисовал прямо на траве круг с формулами, Роланд пытался поговорить с Огденом, но натыкался лишь на решительные возражения и откровенное упрямство.
— Нет-нет-нет, — мотал головой пока ещё король и смотрел на пока ещё канцлера с опаской: не заставит ли? — Хватит, Роланд.
"Стоявший неподалёку Эрнест хохотнул, посмотрев на Роланда с иронией. Никто не мешал ему говорить с Огденом, но и не помогал. Все просто слушали и улыбались. Удивительно, но все — абсолютно все, до единого! — кажется, были сейчас на стороне Огдена. Откуда такое единодушие? В конце концов, что Огден им сделал? Да, он пока неопытен, но ведь не гад и не сволочь, искренне любит страну.
— Да пойми ты, — шипел Роланд на младшего брата, — я же бастард, незаконнорожденный.
— Рад, что ты наконец признался, — закивал Огден почти насмешливо. — А то каждый раз, когда я заводил об этом разговор, ты увиливал в сторону. Как будто я дурак и сам не догадывался!
— Зачем обсуждать очевидное? — поморщился Роланд. — Переливать из пустого в порожнее только.
— Вот и не занимайся этим сейчас! Я не изменю своего решения. Да, ты рождён не от официального брака. Ну и что? Какая разница? Это не делает тебя худшим человеком и тем более худшим правителем, что ты давно доказал опытным путём. Я понимаю, что многим представителям министерств будет сложно принять подобный исход, но сложно — не невозможно! Ты справишься. Я бы не справился. А ты — справишься! Тем более, что ты ещё и женишься на Анастасии.
В этот момент у Роланда в буквальном смысле едва челюсть на землю не грохнулась — настолько он удивился, услышав от Огдена подобное безапелляционное высказывание.
— И не смотри на меня так, — закатил глаза уже почти не король. — Я прекрасно понимаю, что она тебя любит, а ты любишь её. Хватит играть в благородство, Роланд! Побудь сейчас эгоистом хотя бы немного и возьми то, что причитается тебе по праву рождения. Всегда причиталось.
