В 1944 году Красная армия готовит контрнаступление на белорусском направлении. Немцы отправляют лучшую диверсионную группу в советский тыл, чтобы выяснить направление главного удара. Но их миссию перехватывает СМЕРШ. Развернётся напряженная борьба между разведчиками и контрразведчиками в...
Его следовало зацепить, заставить почувствовать себя беспомощным, оторвать от земли, повесить за шкирку на сук, заставить посучить копытами – пусть распишется в собственном бессилии.
Выведать подробности его биографии было не так-то просто. На такую задачу требовалось значительное время даже с подключением зафронтовой разведки. Сотрудники Абвера – это не такой широкий круг, как может показаться. Многие из них пересекались друг с другом в совместно проводимых операциях; встречались на учениях; проходили в одно и то же время курсы переподготовки; учились вместе в диверсионных и разведывательных школах. Именно поэтому практиковалась частая смена кличек, чтобы не допустить идентификации, так, за свою деятельность каждый из них поменял с десяток псевдонимов.
Людей такого калибра, как Штольце, немного, они всегда на виду. Им поручают самые сложные задания, их деяния у всех на устах, а операции, которые они с успехом осуществили, становятся хрестоматийными – их приводят в качестве примера доблести немецкого солдата.
Для выяснения семейной жизни гауптштурфюрера зафронтовым разведчикам придется значительно потрудиться и подставить себя под удар с риском разоблачения – интерес к такому человеку, как Штольце, не останется незамеченным службой имперской безопасности. Руководство СМЕРШ не может об этом не знать. Значит, они сознательно идут на такое решение, и положительный результат по гауптштурмфюреру оценивается значительно выше, чем вероятный провал нескольких глубоко законспирированных агентов.
Что же за личность этот гауптштурмфюрер, если ради положительного результата из-за него решили рискнуть весьма ценными агентами?
Полковник Александров пребывал в тяжелом раздумье. Решение давалось трудно. Тяжелее было переломить себя и подставить под удар разведчиков. Но ослушаться приказа он не имел права. Причем результат требовался не в каком-то обозримом будущем, а в ближайшие два-три дня. Иначе говоря – счет шел на часы.
Ближе всех в системе Абвера к гауптштурмфюреру были три человека: первые двое, Константин Гуревич и Низам Мусин, служили в Абверкоманде-2, третий, Петр Бессарабов, имевший безукоризненную биографию, служил в иностранном отделе «Абвер-Заграница» и принимал непосредственное участие в разработке многих операций. В его задачу входило инспектирование абверовских школ, включая и те, что набирали курсантов на персональные задания.
