Ставка «Вольфшанце» готовилась к приезду рейхсканцлера в реконструированном штабе близ Растенбурга. Но даже сухой климат Восточной Германии не мог укрепить здоровья Гитлера, предпочитающего спокойствие и комфорт. Начало войны подавляло уверенность главы рейха в победе, хотя он знал, что это лишь вопрос времени......
Пригнувшись, он зашагал по неглубокой узкой траншее. Над головой зло вжикнула пуля, заставив пригнуться. Рванула мина и с громким свистом рассыпалась где-то между первой и второй траншеями. Осколки ритмично застучали по покореженной технике, стоявшей на возвышенности.
Убедившись, что все живы, Шрадер заторопился дальше по позициям стрелковой роты, мимо автоматчиков, укрывшихся за бруствером, внимательно и цепко посматривающих за русскими позициями.
Они прошмыгнули мимо усиленных огневых точек, способных выдержать удары мин и мелких осколков; прошли по ходам сообщений, связывающим между собой подразделения, мимо ячеек и разного вида удобных площадок, откуда можно вести прицельный огонь, мимо укрытий и блиндажей.
– Почти пришли, – объявил Шрадер. – Дальше – вдоль ручья. Это уже русские рубежи.
– Почему русские не контролируют эту территорию?"
"– А кто вам сказал, что они ее не контролируют? Здесь есть русский пост, но он немного правее.
Всего-то небольшая заминка, после которой гауптштурмфюрер улыбнулся и слегка натянутым голосом отвечал:
– Мы будем возвращаться другим коридором.
Вытащить руку гауптштурмфюрер не успел – коротким сильным ударом майор сбил его с ног. Штольце выронил нож прямо в жидкую, поросшую густой травой болотину. Лезвие легко вошло в бездонную грязь, даже не потревожив зыбкую поверхность, густая трава сомкнулась еще плотнее.
Шрадер прыгнул в сторону и, прячась за деревья, побежал назад.
– Не стрелять! Могут услышать. – Гауптштурмфюрер не без сожаления проследил хмурым взглядом за худой юркой фигурой, скрывшейся в густом кустарнике, и с затаенной злобой добавил: – Никуда он от нас не денется.
