Маньчжурия: Сухие степи и предгорья Хингана под гнетом жары летом, смеркающего ветра зимой. Чтобы высадить полк на границе и задержать большую армию Квантунской, приходится привозить все необходимое: воду,建筑材料, продовольствие — даже издалека. Это не просто сражение, это упорный бой в суровых условиях....
Резко выдернув пустой магазин из автомата, он схватил полный, но тут над его головой засвистели пули. Две угодили в дерево, и он юркнул за его толстый надежный ствол. Но, самое главное, он успел заметить, что диверсант за камнем не стрелял, а Буторин вскочил и снова побежал к берегу. Еще пара секунд — и он добежал до крайних деревьев. Все, добрался, в укрытии, решил Коган, теперь и мне можно поменять позицию. Перебежав еще дальше вправо и снова спрятавшись за дерево, он посмотрел на противоположный берег.
А потом на берегу поднялась отчаянная стрельба. Буторин и диверсант обменивались короткими очередями. Еще несколько очередей — и все стихло. Коган даже не успел рассмотреть, где был противник Виктора и как можно было помочь напарнику, куда стрелять. Он видел, как Буторин не спеша поднялся по склону, остановился возле толстой сосны, нагнулся и взял автомат.
— Вот такие дела, Боря.
— Молодцы мы с тобой, — проворчал Коган. — Два трупа в геройской перестрелке. Легенды разведки, в анналы записать наши имена, в учебники.
— Я-то ладно, с двадцати метров его уложил, когда он кинулся чуть ли не в атаку на меня.
— Учись, пока я жив, — бросая на снег полушубки, ответил Коган и, опустившись рядом с первым трупом на корточки, начал обыскивать его."
"Составив на всякий случай портретные описания убитых, оперативники двинулись дальше, оставив тела на снегу. Наверняка лисы обглодают лица, потом личности устанавливать будет сложнее.
Они прошли около полутора часов, когда Коган остановился и повел своим большим носом. Буторин тоже принюхался. Где-то горел костер, попахивало дымком, а это значит — поблизости люди. Ветер не был встречным, значит, люди очень близко.
