Маньчжурия: Сухие степи и предгорья Хингана под гнетом жары летом, смеркающего ветра зимой. Чтобы высадить полк на границе и задержать большую армию Квантунской, приходится привозить все необходимое: воду,建筑材料, продовольствие — даже издалека. Это не просто сражение, это упорный бой в суровых условиях....
Благодаря работе полковника Икэды удалось предотвратить множество террористических актов партизан, восстаний целых районов.
Дежурный офицер в коридоре назвал номер комнаты, в которой Икэду ждал полковник Асано.
— Что вам наговорил командующий? — улыбнувшись только глазами, спросил Асано. — Он был чем-то недоволен?
— Он успел вам рассказать о нашей беседе? — удивился Икэда, стиснув зубы, отчего его широкие скулы шевельнулись.
— Мне не нужно встречаться с генералом Хирохито, чтобы это понять. — Асано протянул руку и указал на кресло.
— Вот как? — удивился Икэда.
— Нет, полковник. — Глаза Асано стали холодными. — Но мы будем работать с вами вместе.
— Неужели начинается? «Тэйкоку Рикугун»?[2] — Глаза Икэды загорелись.
— Пока нет, — качнул головой Асано, — но планы императора нам неведомы. Только он принимает решения. Но русские должны думать, что война вот-вот начнется. Их нужно держать в постоянном напряжении. Наша задача совместными усилиями организовать крупную диверсию здесь, в Дальневосточном регионе Советского Союза.
Шелестов выключил люстру, оставив включенными только настольную лампу под зеленым абажуром и торшер возле дивана. Платов сразу открыл глаза, потер лицо ладонями и одобрительно кивнул, увидев, что Шелестов разливает по стаканам крепкий чай. Перелет в холодном транспортнике, который попал в снежный фронт и вынужден был садиться на запасной аэродром, потом переезд по бездорожью на вездеходе.
— Может, коньяку в чай? — спросил Максим. — Хоть согреетесь."
"— Нет, спасибо, — тихо ответил комиссар госбезопасности. — Алкоголь — вещь двоякая. Мгновенный положительный эффект, а потом обратная реакция. И хоть ты тресни, а глаза закрываться будут еще сильнее.
