Автор
Внутренние пятна не исчезают при каждом напитке. Я смотрю на двух мужчин: мистера Джереми Рубенаса — корявого черноволосого и скучающего, а также другого непонятного мне существа. Оба стянуты как-то особенным путем, что создает неловкую обстановку в комнате.
Кресты должны помочь: может быть, даже сохранить жизнь своим владельцам.
У меня не было времени сменить цепочку на распятии. И был у меня только браслет, на котором болтались крестики. И еще была у меня цепочка на лодыжке – не для ансамбля с браслетом, а на случай, если сегодня стрясется что-то необычное, мне хотелось иметь резерв.
Если бросать монету, без чего мне проще обойтись – без ствола или без креста, то я предпочту сохранить и то, и другое.
– Есть у тебя соображения, как нам работать, Анита? – спросил Дольф.
Давно прошли те времена, когда полицию вообще на такой случай не вызвали бы. В добрые старые дни вампирами занималась горстка экспертов-профессионалов. Когда можно было просто засадить вампиру кол в сердце, и дело было сделано. Я была одна из немногих, гордых, храбрых. Истребительница.
– Можем стать в круг стволами наружу. Меньше шансов, что он набросится на нас внезапно.
– А мы не услышим его приближения? – спросил блондин.
– Нежить движется бесшумно, – сказала я.
У него глаза расширились.
– Шучу, офицер, – сказала я.
– Ну... – тихо произнес он. И явно был задет. Что ж, его можно понять.
– Извини, – сказала я.
Дольф посмотрел на меня мрачным взглядом.
– Я же извинилась.
– Не дразни новичка, – сказал Зебровски. – Спорить могу, что это его первый вампир.
Чернокожий коп издал звук, средний между смешком и фырканьем.
– Для ясности: это его первый день.
– Господи, – сказала я. – Он что, не может подождать в машине?
– Я выдержу, – сказал он.
– Не в этом дело, – ответила я.
– Справлюсь, – сказал он.
Я только покачала головой. Мать твою, первый день. Ему бы стоять сегодня на перекрестке и регулировать движение, а не играть в кошки-мышки с ходячим мертвецом.
– Я пойду впереди, – сказал Дольф. – Анита, ты справа от меня. Вы двое, – он показал на чернокожего и блондина, – позади мисс Блейк. Зебровски, прикроешь с тыла.
– Ну, спасибо, сержант, – буркнул Зебровски.
Хотелось бы мне так это оставить, но нельзя было.
– У меня единственной серебряные пули. Впереди должна пойти я.
– Ты штатская, Анита.
– Я уже много лет не штатская, и ты это знаешь.
Он долгую секунду смотрел на меня, потом кивнул:
– Ладно, давай вперед. Но если тебя убьют, мне начальство голову оторвет.
– Постараюсь не забывать, – улыбнулась я.
Я встала впереди. Они выстроились за мной кругом. Зебровски показал мне большой палец – все путем.
