Порог этого дома застыл в вечном молчании — мужчины больше не возвращаются. Здесь все тихо и холодно, словно под заслоной бессмертия, где только черемуха медленно распускает свои яркие цветы перед разлукой с зимним солнцем.
Едва я открыл рот, как меня остановили и завернули. Учи теорию, парень!
Через два месяца я снова пришел на экзамен. Пока сидел перед дверью в кабинет, все знал, мысленно отвечал на десятки билетов, но едва вошел внутрь, почувствовал себя как в тот первый раз, когда вообще не готовился. Прямо шиза!
На память я не жалуюсь. Если учил, всегда знаю правильный ответ, но выбираю почему-то другой. Неправильный. Словно назло. Назло кому?
Вот что со мной не так?!
В итоге я ошибся на втором допе. Назвал не ту цифру. Мне предложили сделать еще одну попытку через неделю.
– А если не сдам? – спросил я.
– Тогда будешь ждать полгода.
Так я уже все забуду! Полгода, блин!
В итоге пришел через неделю. И… завалил!
Какими глазами смотрели на меня вечером родители! Они уже готовились праздновать. С правами-то на работу гораздо легче устроиться. Не вечно же мне шестерить.
Хотя таксист, он что, не шестерит разве?
Вот потому мне и пришлось искать сообщника с машиной. Сам я не мог отвезти «клиента» на Байкал, в тайгу.
Но мы договорились…
Алексей Леонидов. День пятый
Можно тщательно все спланировать, пункт за пунктом, но как бы ни была надежна отстроенная лестница на вершину предполагаемого успешного предприятия, всегда найдется хоть одна гнилая ступенька. В этом Алексей убеждался не раз. А его лестница в решающий день стала сыпаться, едва началось утро.
Первая гнилая ступенька: московский гость не выспался. Скворцова его предупреждала об особенностях отеля, и он был готов потерпеть неудобства, но, как оказалось, переоценил свои силы.
Уже которую ночь Леонидов был лишен полноценного сна и в результате потерял концентрацию внимания, что сказалось тут же, в ресторане, за утренним приемом пищи.
Маши на раздаче не было, зато одной из девушек, обслуживающих гостей за завтраком, оказалась та самая официантка, с которой позавчера Алексей конкретно не сошелся характерами и даже не оставил чаевых.
– Из триста третьего. – Он полез в карман за картой-ключом, но девушка его жест проигнорировала.
Алексей выбрал столик у окна и решил как следует накачаться крепким кофе. Неумолимо клонило в сон. Встал он пораньше, чтобы успеть и в парк смотаться за гарнитурой, и походный рюкзак собрать. Ключ от номера вместе с мобильником оставил на столике ненамеренно. Просто еще не пришел в себя. У наполненного льдом ведерка с бутылками игристого стояла незнакомая девушка. Симпатичная, хотя до Маши далеко.
