Порог этого дома застыл в вечном молчании — мужчины больше не возвращаются. Здесь все тихо и холодно, словно под заслоной бессмертия, где только черемуха медленно распускает свои яркие цветы перед разлукой с зимним солнцем.
«Хорошо, что вчера ночью я не пошел через этот парк искать еще не закрывшийся ресторан», – невольно подумал Алексей и словно невзначай спросил:
– А как насчет преступности? Насильники, воры, маньяки-эксгибиционисты? Я, пока тут гулял, свернул с центрального проспекта на боковую аллею, и честно скажу: мне стало жутко. Ни одной живой души! А заросли – мама дорогая! Настоящий лес! И с освещением ночью тут наверняка не очень.
– Мы с этим работаем, – хмуро сказал Боярский. – Не с освещением, конечно, а с преступностью.
– Вы поискали бы здесь труп, – невольно вздохнул Алексей.
– Да нет здесь никакого трупа! – возмутился старлей. – Бабу муж бросил, а она упорно это отрицает!
– Доказательства?
– Да сколько угодно! Я ведь помню эту дамочку, – разгорячился Сергей. – Ну, типичная масквичка. Высокомерная, упертая, понтовая…"
"– Она в первую очередь несчастная, – тихо сказал Алексей. – Потому что по телефону мужа на нее вот уже год вешают кредиты. И немаленькие.
– Я должен ее пожалеть?
– Съешь для начала пирожок. Может, подобреешь. – И Алексей протянул Боярскому промаслившийся пакет. – Извини, уже остыли.
– Ничего, сойдет. – Сергей впился зубами в пирожок так, что завидно стало.
Молодость! Зубы как у волка! И аппетит!
– Я тебя прекрасно понимаю, – сказал Алексей, подсовывая парню еще один пирожок. С капустой.
Сам не один десяток лет проработал в полиции, правда, не дознавателем, а сыщиком. Дело тухлое. Так-то отказняк, а копнешь поглубже – висяк.
– Он деньги снял, – с набитым ртом сказал Боярский. – Пол-ляма.
– Аргумент.
– И блог ведет.
– А ты не находишь странным этот блог? – Алексей включил смартфон. – Здесь нет ни одной фотографии Скворцова. Местные достопримечательности, канатка, горы… Вот рука, вот нога. Плечо. Ботинки. Но лица нет и фигуры в целом тоже. Где доказательства, что это именно Скворцов?
– Так ведь раньше их не было, этих фоток! – с торжеством сказал Боярский, откручивая крышку с бутылки.
Алексей тоже вынужден был признать, что парень прав. Есть люди, и их довольно много, которые не любят собственное изображение, особенно если делают селфи. Они кажутся себе толстыми, старыми, некрасивыми. Боятся уничижительных комментариев.
Скворцов ведь не был блогером. Просто завел страничку в популярной соцсети.
