Автор
На заднем сиденье его машины он увидел маленького цветка — розовый календула, как он называл это на своем языке. Несмотря на опасность, он не мог перестать изучать этот цветок, даже когда влечение к нему стало таким сильным, что оно прорастало глубже сердца и раздавалось в мускулы его рук. Это был зловещий трюк судьбы — цвести в ладонях умершего шерифа, которого он считал своим другом....
Поэтому шарф развязывали только во время обеда.
Они находились на почтовой станции к востоку от Бозмена. Сколько их было, этих станций, с тех пор, как они сошли с поезда в Биллингсе! Не все они были в городах. В отличие от Боулдера, выросшего вокруг почтовой станции, на этой имелась только фактория[7]. У них оставалась примерно четверть часа, чтобы поесть и облегчиться, прежде чем дилижанс снова пустится в путь со свежими лошадями и новым кучером.
Сола оставили охранять Макс, пока та сидела за столом, а Грейди и Энди пошли за едой.
– Теперь живу в Бингем-Хиллз, – ответил Сол. – Перебрался туда с женой и ребятишками. Никогда в жизни не осваивался в городе так быстро, как в этом. Сам я плотник по профессии.
– Что же ты делаешь в компании этой парочки?
– Я переехал в Бингем-Хиллз, услышав, что город растет, но к тому времени он уже перестал расширяться. Я пытался делать мебель, но на нее почти не было спроса. Уже хотел уехать, но меня уговорили остаться. Пообещали, что скоро город вновь будет процветать, а пока предложили должность помощника шерифа.
Она едва не фыркнула. Он отсутствовал меньше месяца, а ее не было почти два года. Это она тосковала по семье. Позволят ли ей увидеть бабушку или сразу линчуют?
– Ты видел мою бабушку? Твоя жена, возможно, покупает у нее яйца.
– Кто не видел вдову Доусон? – ухмыльнулся он.
– Как она?
Сол пожал плечами:
– Когда встретил ее в последний раз, была здорова.
Еще одно доказательство того, что письмо бабушки подделано!
– Как насчет моего брата Джонни?
– Я не думаю, что его знаю, – буркнул он, но при этом глянул на Грейди и Энди, подходивших к столу. – Думаю, тебе стоит прекратить…
Прекратить что? Спрашивать? Волноваться? Переживать за бабушку? Скорее всего, первое. Очевидно, у него приказ ничего ей не говорить, даже о родных. Приказ Грейди. А поскольку он сидит рядом, она больше не сможет задавать вопросы подобного рода.
Макс взяла кусочек хлеба с тарелки, которую поставил перед ней Энди, потом оглянулась на дверь, словно услышала что-то на улице. Она уже проделывала нечто подобное в нескольких городах: заставляла нервничать своих тюремщиков, выводя их из себя. Они невольно начинали следить за входом любого салуна и ресторана, куда заходили. Это было ее маленькой местью. Постоянное напоминание о том, что Диган следует за ними. И это действительно их беспокоило.
