Автор
На заднем сиденье его машины он увидел маленького цветка — розовый календула, как он называл это на своем языке. Несмотря на опасность, он не мог перестать изучать этот цветок, даже когда влечение к нему стало таким сильным, что оно прорастало глубже сердца и раздавалось в мускулы его рук. Это был зловещий трюк судьбы — цвести в ладонях умершего шерифа, которого он считал своим другом....
– В заметках говорится, что в последний раз его видели в Аризоне, но он сказал, что провел зиму в Монтане, выгоняя из организма золотую лихорадку. Он действительно приехал с севера, а утром направился на юг. Он упоминал, что едет домой, в Канзас, где у брата ферма. Можешь добавить это к заметкам своего друга, если не считаешь, что я и сейчас лгу.
Он не стал соглашаться или спорить с ней, только спросил:
– Что-то еще?
– Да. Уилли Нолан и его банда больше не орудуют на железных дорогах Канзаса. Теперь он и его парни предпочитают линию Нортерн Пасифик, на территории Дакоты, к востоку отсюда.
Он взял у нее объявление:
– В самом деле?
– Тебе это интересно?
– В этом году моего друга ограбили, когда она ехала в Нэшарт."
"Она?! Значит, Макс верно предположила: у него подружки в каждом городе. Это ужасно раздражало, хотя она не знала почему. Конечно, ей необязательно искать причины раздражаться на Дигана. Ей куда труднее найти причину не делать этого.
Но его реплика о «друге» напомнила Макс о той, которая, сама того не зная, пришла ей на помощь.
– Кто эта шикарная леди, которая была так счастлива видеть тебя в Хелене?
Диган наконец взглянул на нее, и Макс тут же пожалела об этом. Она почти ощутила внезапно хлынувший от него холод.
– Не важно.
– Правда?
Он не собирался ничего объяснять.
– Откуда ты узнала, что банда Нолана орудует в Дакоте?
– Не смей вешать на меня ограбления поездов, – прорычала она.
– Это был просто вопрос, Макс.
Значит, она слишком чувствительна?
Макс вздохнула, прежде чем сказать:
– Я подслушала разговор старателей.
– Но в розыске Уилл Нолан. Старатель видел его во время ограбления?
– Понятия не имею. Я только слышала, как он советовал другу, покидавшему лагерь, не брать с собой в поезд ничего ценного или ехать другим маршрутом.
Они услышали шум: по дороге мчался отряд всадников. Вот оно, наказание. Один из помощников, должно быть, узнал ее, когда они выезжали из Хелены.
– Зря ты так помрачнела, – усмехнулся Диган, поднимаясь. – Они не за тобой.
– Откуда ты знаешь?
– Узнаю этого белого жеребца. На таком ездит Джейкоб Рид.
– Никогда о нем не слышала.
